Политика

США формулируют «международную религиозную повестку»

США усиливают «религиозный фактор» в своей внешней политике.

На этом фоне отчетливо видно, насколько проигрывает в религиозной политике современная Россия 

Как уже сообщало ИА REX, на днях глава Государственного департамента Джон Керри объявил о создании в структуре ведомства нового управления, которое будет определять политику Госдепа по взаимодействию с религиозными общинами в зарубежных странах. Руководителем управления назначен профессор Шон Кейси, человек далеко не случайный. С июля этого года он является специальным советником госсекретаря США по вопросам религий. В 2008 году работал в предвыборном штабе Барака Обамы. Известен многочисленными работами о пересечении религиозных вопросов и государственной политики.

Директор бюро Белого дома по межрелигиозному партнерству и сотрудничеству Мелисса Роджерс рассказала о трех основных задачах нового управления Госдепа. Во-первых, подразделение во главе с Шоном Кейси должно будет содействовать устойчивому развитию и более эффективному оказанию гуманитарной помощи, во-вторых, продвигать плюрализм и права человека, включая защиту религиозной свободы, в-третьих, способствовать повышению глобальной и национальной безопасности. Между тем, до недавнего времени Госдепартамент избегал тесной работы с религиозными общинами. Дипломаты мотивировали это тем, что не хотели нарушать Первую поправку к Конституции США, а также оправдывались незнанием нюансов учения и практик тех или иных конфессий.

Даже когда в 1990 году Госдеп создал Бюро по международной религиозной свободе, это стало всего лишь вынужденной реакцией на принятие Конгрессом закона, требующим ежегодного доклада о положении преследуемых религиозных меньшинств по всему миру. Ситуация начала меняться несколько лет назад с приходом на пост госсекретаря Хилари Клинтон. Как пишет портал Religion & Politics при Университете Вашингтона в Сент-Луисе, в 2009 году глава отдела планирования Госдепа Джадд Бердсол начал организовывать совещания с участием дипломатов и приглашенных экспертов по вопросам взаимодействия дипломатии и религии. Позже на этой база был создан «Форум по вопросам религии и глобальной политике» при Госдепартаменте США.

Джадд Бердсол был уверен, что привлечение религиозных групп является необходимым. Он говорил, что «если бы вы являлись поборником строгого разделения церковных и государственных дел, думали бы, что американские дипломаты должны работать исключительно со светским обществом, то обнаружили бы огромные пробелы, которые невозможно иначе закрыть, например, взаимодействие с талибами». По его инициативе в 167 посольства США были направлены анкеты с просьбой оценить их диалог с религиозными общинами в стране пребывания. Выяснилось, что в большинстве случаев оно ограничивалось приглашением на ужин лидеров местных религиозных общин.

Все это в итоге послужило тому, что в бытность руководителем Госдепа Хилари Клинтон и было принято решение об усилении работы с мировыми религиями, которые ныне реализует уже Джон Керри. Создание нового подразделения, безусловно, вызвало серьезные дискуссии в американской экспертной среде. Доцент кафедры религиоведения Университета Вирджинии Ахмед аль-Рахим, отмечая важность создания управления по работе с мировыми религиями, особенно с учетом разворачивающейся на Ближнем Востоке «арабской весны», задается вопросом, какими качествами должны обладать сотрудники этого подразделения. Он считает, что дипломатам не обязательно быть богословами, но они должны пройти подготовку по истории исламской теологии, права, политической теории и практики для практической реализации знаний в контексте внешней политики США. Также дипломатам следует ориентироваться в американской религиозной практике, чтобы рассмотреть возможность применения базовых понятий «в обществах, которые не обязательно разделяют нашу собственную историю религиозного опыта».

Преподаватель международной политики Лондонского городского университета Сара Сильвестри обращает внимание на рост «религиозной идентичности» в Евросоюзе. Религиозные организации и лоббистских групп становятся все более активными в Брюсселе, а тема религиозной свободы широко обсуждается в Европарламенте. Что касается США, по мнению преподавателя Гарвардской школы богословия Мары Уиллард,  в последнее время конституционным запретом на введение государственной религии слишком часто оправдывали нежелание удовлетворить потребность американских граждан в знании основ религиозной культуры. Таким образом, новое подразделение Госдепа станет хотя бы для чиновников и дипломатов источником «необходимой религиозной грамотности в отношении стран,  с которыми США поддерживают дипломатические отношения».

Сейчас еще рано говорить, насколько управление по работе с мировыми религиями Госдепартамента окажется адекватно поставленным задачам. Но ясно одно – администрация Барака Обамы четко и последовательно реализует системную политику в отношении крупнейших мировых конфессий. Так, в декабре 2010 года обозреватель Catholic News Service Джон Тэвис указывал, что Вашингтон «воспринимает сам Ватикан и его дипломатическую деятельность очень серьезно... На недоумения по поводу того, почему посольство США уделяет этому самому маленькому государству мира так много внимания, ответ дала одна каблограмма, предварявшая подготовку первой встречи президента Барака Обамы с папой Бенедиктом XVI: «По числу стран, с которыми Ватикан имеет дипломатические отношения, он уступает первенство лишь США (188 и 177 соответственно), и в каждой стране на планете есть католические священники, монахини и миряне. В результате этого Святой престол интересуется происходящим во всем мире, и хорошо информирован».

К слову, настолько же серьезно воспринимало Римско-католическую церковь и «безбожное» советское правительство. В 1980-х годах в неофициальных разговорах с сотрудниками Иновещания авторитетный специалист по Ватикану, ответственный сотрудник Международного отдела ЦК КПСС Николай Александрович Ковальский говаривал: «В Ватикане решают многие международные проблемы. Зачастую это не всегда видно, но политическая разведка Ватикана считается сильнейшей в мире. Они хорошо осведомлены во многих процессах во всех уголках земного шара». На этом фоне отчетливо видно, насколько проигрывает в религиозной политике современная Россия.

Москва практически не занимается системной работой – нет ни специалистов, ни структур. А ведь, между тем, у России есть все шансы перехватить инициативу. Всего лишь пара эпизодов – выступление президента Владимир Путина на недавней встрече в Кремле с главами православных конфессий, где речь шла о Ближнем Востоке, и отправка Русской православной церковью гуманитарной помощи в Сирию – заставили экспертов ставить Москву в пример Вашингтону. «Энергичные решения Владимира Путина во внешней политике выгодно смотрятся на фоне непонятной поддержки администрации Обамы исламских экстремистов и террористов в Тунисе, Ливии, Египте, Сирии и других странах», – заявил в этой связи американский автор книг об исламе Ральф Сидвей. Лестная оценка, но это пока лишь большой аванс.

Если Москва хочет сохранить свое внешнеполитическое влияние, ей следует очень серьезно задуматься о комплексной работе с религиозными общинами.

Автор: Станислав Стремидловский

Комментарии 0