Политика

Республиканцы и план «Кавказ»

Слушания в Конгрессе США по теме «Военизированная исламская опасность в Евразии» (часть 2)

«Кавказская политика» публикует перевод ряда выступлений в рамках слушаний по теме «Военизированная исламская опасность в Евразии», состоявшихся с Конгрессе США 27 февраля 2013 года. Вслед за частью 1 публикуем 2 часть, представленную докладом Ариэля Коэна (Ariel Cohen) из фонда «Наследие» (The Heritage Foundation). 

Ариэль Коэн — известный советолог, эксперт в области внешней политики, безопасности и международных отношений. Работал консультантом Агентства по Международному развитию США, Всемирного банка, Сената и Правительства США и Радио Свобода. Читал курсы лекций в ЦРУ. Является старшим научным сотрудником по вопросам изучения России, Евразии и международной энергетической политики в фонде «Наследие», который был основан в 1973 году и является стратегическим исследовательским институтом США, занимающимся широким спектром исследований международной политики. Имеет консервативную направленность.

Уважаемые председатели, старейшины и члены комитетов. Меня зовут Ариэль Коэн. Я являюсь старшим научным сотрудником по изучению России, Евразии и международной энергетической политики фонда «Наследие». Для меня большая честь предстать перед вашими подкомитетами и выступить в качестве частного лица.

Россия и Евразия являются важным фронтом в глобальной борьбе против насильственного исламизма. Это заявил ни кто иной, как Айман аль-Завахири (Ayman al-Zawahiri), преемник Усамы бен Ладена (Osama bin Laden), и в течение последних двух десятилетий «Аль-Каида», ее спонсоры и связанные структуры вкладывают значительные ресурсы для взращивания терроризма и нестабильности на территории от Черного моря до Ферганской долины и Памирских гор.

Они делают это, потому что чувствуют стратегическую возможность для установления связей и радикализации мусульман, которые, во многих случаях, имеют незначительный доступ, или вообще не имеют его, к умеренному, но заслуживающему доверие исламу. Террористы и экстремисты, в большинстве своем салафитского/ваххабитского вероисповедания, и их организации, имеющие глобальный размах, совершают набеги в эти районы, где общества страдают от коррупции в правительстве, жестокости и злоупотреблений со стороны правоохранительных органов, отсутствия доверия к коррумпированному местному и центральному руководству, межэтнической ненависти, расизма и слабых экономических возможностей.

В интересах Соединенных Штатов локализовать, свести к минимуму, взять под контроль и искоренить угрозу исламистского терроризма на Северном Кавказе и в Центральной Азии, в первую очередь, в Ферганской долине. При этом Администрации следует установить контакт с правительствами и обществами, которые противостоят этой экзистенциальной угрозе, осознавая, в то же время, пределы нашей власти и ресурсов.

Позвольте мне обозначить проблемы в географическом ракурсе.

Северный Кавказ

Российский Северный Кавказ, область к северу от Кавказского хребта между Черным и Каспийским морями, становится одним из самых нестабильных и попирающих законы регионов в мире, а также является рассадником международной террористической деятельности. И это несмотря на десятилетия военных операций, проводимых Россией, и неоднократные заверения российского правительства в достижении мира.

Поскольку контроль России над регионом становится все более слабым, он превращается в крупную базу для исламистских террористических организаций и организованной преступности, что может разжечь еще более значительную террористическую кампанию внутри России и за ее пределами.

Исламистские террористы из самопровозглашенного «Кавказского эмирата» уже совершали нападения на энергетическую инфраструктуру, поезда, самолеты, театры и больницы. Они все больше и больше распространяются за пределами региона и участвуют в террористической деятельности в Западной Европе и Центральной Азии, включая Афганистан. Северо-кавказская исламистская повстанческая деятельность является частью глобального радикального исламистского движения, которое глубоко и непримиримо враждебно Западу и Соединенным Штатам.

Отсутствие ответной реакции России

Каждый день Россия сталкивается с этими проблемами, но после двадцати лет военных действий они никуда не пропали и вряд ли исчезнут в ближайшее время. Достаточно сказать, что в 19-ом веке Россия почти 60 лет боролась с повстанческой деятельностью на Северном Кавказе и, зачастую, с чрезвычайной жестокостью, результатом которой были массовые жертвы среди гражданского населения и этнические чистки сотен тысяч людей.

Позже между центральным и местными правительствами разыгрывались многочисленные раунды военных действий, часто в форме вдохновляемых исламом мятежей. В настоящее время повстанцы на Северном Кавказе открыто совершают нападения на полицию, силы безопасности и гражданских лиц.

В то время как Россия имеет большой интерес к борьбе с исламистами и сотрудничеству с США, действующее российское правительство не проявляет своей отзывчивости. Более того, Москва не раз обвиняла «союзников США», таких, как Катар и Саудовская Аравия, в финансировании повстанцев, полагая, что Вашингтон (и Лондон) контролирует и благословляет такую деятельность.

К тому же, значительное участие США в антитеррористических мероприятиях в Евразии за пределами Афганистана, которое было бы выгодно для всех заинтересованных сторон, рассматривается многими в Москве, как вмешательство Запада, направленное на ослабление России.

В то же время, Россия сотрудничала с США в создании и работе «Северной сети поставок» (ССП), которая имела важное значение для обеспечения снабжения, а сейчас необходима для вывода международных сил содействия безопасности в Афганистане. Однако, в целом, сотрудничество с Москвой в области разведки и борьбы с терроризмом является пока еще ограниченным.

Поскольку отношения между Москвой и Вашингтоном ухудшаются, в том числе из-за таких вопросов, как Сирия, Иран, ПРО и права человека, это может негативно сказаться на том, что еще осталось от антитеррористического сотрудничества в регионе. Поэтому расширение такого сотрудничества с нашими союзниками по НАТО, включая Турцию и бывшие страны СССР, будет служить интересам США и позволит России присоединиться к нам в вопросе сотрудничества по борьбе с терроризмом, в области разведки и безопасности в этом регионе, если она этого пожелает.

В последнем десятилетии, чтобы смягчить враждебность, российское правительство подавило чеченское восстание и реализовало множество экономических и развивающих программ на Северном Кавказе. Центральное правительство в Москве и местные правительства в автономных республиках инвестировали миллиарды долларов в качестве средства для обуздания вызовов радикального ислама, особенно среди молодежи, но общие экономические и социальные перспективы остаются мрачными.

Отсутствие в регионе экономических перспектив в сочетании с хорошо финансируемой религиозной пропагандой и кампаниями по радикализации ведет к вооруженной борьбе против местных и федеральных правительств и религиозных организаций. Кризис усугубляется жесткой политикой безопасности, повсеместной коррупцией и бесхозяйственностью центрального российского правительства и местных правительств автономных республик и продолжает распространяться по региону. Новые поколения, которые выросли в военное время, абсолютно чужды российскому государству.

Исламисты на Кавказе представляют опасность для интересов США:

•     из-за неуправляемых территорий, которые предоставляют надежные убежища террористическим организациям, где они могут проходить подготовку и держать связь с другими группировками, чтобы осуществлять планирование нападений;

•     из-за чеченских и других северо-кавказских боевиков, которые ездят в Ирак, Афганистан и Сирию, чтобы принять участие в глобальном «джихаде»; и

•     из-за нестабильности на Северном Кавказе, которая оказывает негативное влияние на союзников США в регионе и на международную торговлю.

Таким образом, поскольку Северный Кавказ превращается в неуправляемое пристанище для исламистского терроризма и преступности, а предотвращение появления надежного убежища для международных террористов на Северном Кавказе и обеспечение свободного потока энергоресурсов являются высокими приоритетами для США в этом неспокойном регионе, то такой угрозе не должно быть позволено развиться.

Интересы Соединенных Штатов и их союзников могут пострадать от неспособности российской политики адекватно реагировать на исламистский экстремизм, который будет все больше и больше влиять на богатый энергоресурсами Азербайджан, Грузию и Армению. Террористы могут представлять угрозу для основных трубопроводов, экспортирующих энергию, и для железных дорог.

Администрации следует разработать стратегию реагирования на потенциальную «избыточность» исламистской повстанческой деятельности на Северном Кавказе. США и их союзникам нужно проводить мониторинг региона на выявление ранних признаков опасности. Умеренные инвестиции в разведку и дипломатию, и создание потенциала с друзьями и союзниками США могли бы содействовать уменьшению возрастающей исламистской угрозы.

Несмотря на то, что Россия восстановила контроль над Чечней, террористическая активность значительно возросла в российской глубинке. Согласно базе данных глобального терроризма, Россия занимает седьмое место в мире по количеству атак смертников в период между 1991 и 2008 гг. В результате более чем 1100 терактов погибло более 3100 и ранено 5100 человек.

Чеченский исламистский боевик Доку Умаров сейчас возглавляет «Кавказский эмират», который постепенно увеличивает количество терактов в России. К ним относятся подрывы поездов «Невский экспресс» (Москва–Санкт-Петербург) в 2007 и 2009 гг., двойная атака террористов-смертников в московском метро в 2010 году и теракт, совершенный смертником в аэропорту «Домодедово» в январе 2011 года.

В 2012 году экстремисты напали на муфтия и заместителя муфтия Татарстана, глубоко в сердце России. Муфтий был серьезно ранен, а его заместитель погиб. Оба были известны, как вдохновители традиционного умеренного татарского ислама. Этот теракт является водоразделом, так как означает распространение насильственного радикализма за пределами центра повстанческой деятельности, изначально находившегося на Северном Кавказе.

Хорошо финансируемые салафиты сейчас действуют на всей территории России, при этом традиционное мусульманское духовенство мало что может предложить в противовес этому, будь то в духовном или материальном плане. Продолжающаяся радикализация 20-ти миллионной российской мусульманской общины представляет собой реальную угрозу.

Одно из угрожающих событий заключается в том, что «Аль-Каида» и другие иностранные экстремистские организации на Ближнем Востоке и в Центральной и Южной Азии увеличили свою финансовую и моральную поддержку радикальному исламистскому движению на Кавказе и в Евразии.

На протяжении уже десяти с половиной лет Северный Кавказ является экраном радара «Аль-Каиды». Нынешний лидер «Аль-Каиды», Айман аль-Завахири, посетил регион в середине 1990-х и был даже временно заключен в российскую тюрьму. Аль-Завахири обращается к Кавказу, как к одному из трех основных фронтов в войне против Запада.

Недавно «Аль-Каида на Аравийском полуострове» (AQAP) — самая активная и опасная структура «Аль-Каиды», расширила свой глобальный охват. Например, для привлечения экстремистов в России и Евразии «Аль-Каида на Аравийском полуострове» переводит на русский язык онлайн-журнал «Аль-Каиды» «Инспайэр» (Inspire).

Более этого, Доку Умаров ясно показал, что Кавказ является неотъемлемой частью глобального джихада: «После изгнания куффаров (неверных), мы должны снова завоевать все исторические земли мусульман, а их границы простираются далеко за пределы Кавказа», и «все из тех, кто нападал на мусульман, где бы [они] ни находились, являются нашими врагами, нашими общими врагами».

Таким образом, кавказский джихад является «улицей с двусторонним движением». Террористы, которые прошли обучение на Северном Кавказе, присоединились к «Аль-Каиде» и другим группировкам, действующим в пакистанском Вазиристане. Сейчас исламисты с Кавказа сражаются также в Сирии, бок о бок со своими братьями со всего мира. Согласно недавним сообщениям, командир из Чечни, известный как Абу Омар аль Чечен (Abu Omar al Checheni), является ключевым лидером «Бригады мухаджиров» (т.е. мигрантов, переселенцев из Поволжья в довоенное время – прим. переводчика) – джихадистской группы, которая сражается вместе с группировкой «Фронт аль-Нусра» (Al Nusrah Front) за народ Леванта против режима президента Башара Асада. В прошлом году «Бригада мухаджиров», членами которой являются опытные боевики из исламского «Кавказского эмирата», сыграла существенную роль в выводе из строя нескольких важных сирийских военных объектов.

Чеченские джихадисты имеют средства и мотивацию, чтобы принимать участие в глобальном джихаде. Если Северный Кавказ преобразуется в «Кавказский эмират», как на это надеются местные исламистские группировки, кавказский терроризм распространится дальше в Евразию, поскольку войска НАТО готовятся выйти из Афганистана.

Центральная Азияпосле вывода войск США из Афганистана в 2014 году

Вывод войск США из Афганистана может оказать тяжелое дестабилизирующее влияние на Центральную Азию – сердце Евразии. Центрально-азиатские государства, в частности, Казахстан, Узбекистан и, возможно, Таджикистан, стоят перед лицом непредсказуемых перемен после ухода со сцены лидеров с многолетним стажем службы.

Однако Казахстан и Узбекистан являются самыми большими и жизнеспособными государствами в регионе, и оба должны быть приоритетами политики США в области сотрудничества по борьбе против международного терроризма. Хотя зачастую с ними трудно иметь дело из-за их взаимоотношений с местной оппозицией, и там остается мало пространства для граждан, чтобы заниматься законной политической деятельностью, они остаются ключом к стратегии США в регионе. Следует подчеркнуть, однако, что в то время, как Казахстан является участником руководимого Москвой Евразийского Союза и «Организации Договора о коллективной безопасности» стран СНГ (мини «Варшавский договор»), Ташкент четко дистанцировался от российских проектов, имеющих влиятельно-захватнический характер в так называемом «ближнем зарубежье» или в «зоне привилегированных интересов». Оба государства имеют развитые вооруженные силы и службы безопасности, боятся исламистов и признают ценность диверсификации своих дипломатических военно-политических связей за пределами Москвы и Пекина. Таким образом, сотрудничество США с Астаной и Ташкентом, как в отношении обеспечения плацдармов в регионе для борьбы с террористами, так и в отношении военно-политического взаимодействия, является жизненно важным.

С другой стороны, Кыргызстан и Таджикистан – слабые и, как некоторые говорят, терпящие неудачу государства, страдающие от незаконного оборота наркотиков, коррупции и несостоятельности правоохранительных органов. При этом нынешние режимы являются относительно светскими по сравнению с радикальным, антизападным, наподобие «Талибана», режимом воинствующих исламистов со связями с «Аль-Каидой», которые бросали им вызов в прошлом. Исламисты, такие как «Исламское движение Узбекистана» и «Исламский джихад Узбекистана», а также «Хизб ут-Тахрир» (Hizbut-Tahrir), «Братья-мусульмане» (Muslim Brotherhood) и иже с ними, вероятно, вернутся и бросят вызов этим правительствам после вывода международных силы содействия безопасности из Афганистана. Кроме того, Центральная Азия становится зоной соперничества между Россией и Китаем, на фоне борьбы за влияние в регионе Индии и Пакистана, а также Турции и Ирана.

Китай играет все более важную роль в Центральной Азии, главным образом, в экономической сфере. Пекин рад «передать выполнение работы» в сфере безопасности России – своему партнеру по «Шанхайской организации сотрудничества», и, в то же время, он как ястреб следит за присутствием США в сердце Евразии.

Что касается Запада, то ему будет нелегко усиливать безопасность в Центральной Азии. После 11 сентября 2001 года президент России Владимир Путин санкционировал присутствие США и коалиции в регионе для поддержки военных операций в Афганистане, но не теперь. Сейчас Россия вынуждает, чтобы Соединенные Штаты покинули свою транзитную базу в Кыргызстане, и выступает против присутствия Запада, даже с целью решения проблем с распространением наркотиков и борьбы с террористическими угрозами.

Сегодня, как полагают послы Джон Хербст (John Herbst) и Уильям Кортни (William Courtney), политика США основана на предположении, что афганские силы безопасности численностью 350 000 человек при помощи американских советников будут в состоянии держать «Талибан» под контролем. Однако вполне возможно, что после 2014 года, блокируя политическое соглашение, «Талибан» будет контролировать большую часть пуштунских областей. Важно отметить, что пока «Талибан» остается жизнеспособным субъектом в Афганистане, он представляет опасность за пределами границ этой страны и, особенно, в Центральной Азии, поскольку некоторые из его членов являются радикализированными этническими узбеками.

Вполне возможно, что афганская армия будет не в состоянии держать «Талибан» под контролем, и что «Талибан» может вторгнуться в Кабул, как он это сделал в 1990-х. В таком случае, если борьба распространится на север, то Кыргызстан и Таджикистан, которые размещают у себя российские военные базы, а также Узбекистан могут обратиться за защитой к Москве. Ташкент может попросить также помощи у Пекина.

Падение прозападного правительства в Кабуле подвергнет опасности страны Центральной Азии. Они хотят иметь поддержку Запада, чтобы предотвратить подрывную деятельность «Исламского движения Узбекистана» и «Исламского джихада Узбекистана», бороться с контрабандой наркотиков и, в особенности, сохранять vis-à-vis баланс российского и китайского могущества. Уникальное положение Центральной Азии делает ее жизненно важной для интересов США после 2014 года. «Северная сеть поставок» имеет существенное значение для миссии НАТО в Афганистане и приобретет еще более важной характер по мере того, как американские войска начнут возвращаться домой.

Преобразование «Северной сети поставок», или ССП, в «Новый Шелковый путь», включая железные дороги, автомагистрали, трубопроводы, волоконно-оптические кабели и аэропорты, потребует регионального и международного сотрудничества, в том числе участия международных финансовых учреждений. В случае успеха, это может быть огромным рычагом для развития региона. Исламистские организации в Центральной Азии являются региональными, но остаются угрозой. Они активно пытаются атаковать силы НАТО в Афганистане и представляют опасность для логистики в Центральной Азии и для «Северной сети поставок».

Рекомендации в области политики

Чтобы противостоять исламистской повстанческой деятельности на Северном Кавказе, Администрации следует:

•    Привлекать европейские страны к двустороннему антитеррористическому сотрудничеству, расширять сотрудничество на основе НАТО и продолжать ведение переговоров с членами ЕС по вопросам борьбы с терроризмом и сотрудничества в области разведки.

•    Сотрудничать с местными службами разведки и правоохранительными органами и проводить их обучение. Укрепляя опыт по подготовке грузинских антитеррористических сил для проведения операций в Панкисском ущелье, США должны расширять антитеррористические программы с Азербайджаном и Грузией и наладить более тесные связи с местными разведывательными службами и с силами по борьбе с терроризмом.

•    Оказывать давление на страны Ближнего Востока, чтобы прекратить практику финансирования и обучения террористов их гражданами. США нужно оказать существенное давление на эти государства, особенно на Катар, Саудовскую Аравии и ОАЭ, чьи граждане занимаются финансированием и обучением повстанцев на Северном Кавказе, чтобы остановить поток денег террористическим группировкам, обанкротить северо-кавказскую повстанческую деятельность и предотвратить ее интеграцию в исламское экстремистское движение по всему миру.

•    Заручиться сотрудничеством Турции в борьбе против терроризма на Северном Кавказе. США должны делать упор на обязательства Турции, как члена НАТО, и попросить ее предоставлять информацию о северо-кавказских экстремистах и их сторонниках.

•    Помогать Грузии и Азербайджану в укреплении пограничного контроля. Проницаемые границы между Россией и Грузией и Азербайджаном являются основными проблемами для обеспечения безопасности. Департамент национальной безопасности США должен содействовать Грузии и Азербайджану в том, чтобы сделать безопасность их границ эффективной и прозрачной, защитить источники энергии и трубопроводы и ограничить прохождение вооружения, наркотиков, террористов и связанных с ними товаров и информации.

•    Быть готовыми к расширению антитеррористического сотрудничества с Россией, после того как улучшится общее состояние двусторонних отношений.

Чтобы улучшить безопасность Центральной Азии после 2014 года, Администрации следует:

•    Интегрировать Центральную Азию в стратегию «Афганистан–Пакистан», включая стратегию «Новый Шелковый путь». Война в Афганистане является высшим приоритетом внешней политики Администрации.

Вопросы безопасности Центральной Азии должны решаться не только через призму логистики США, но и путем обмена «ноу-хау» в борьбе с терроризмом, укрепления гражданских обществ, совершенствования управления и поддержки верховенства закона. Однако любая невоенная техническая поддержка Соединенными Штатами должна быть обусловлена улучшениями эффективности управления.

•    Расширять и совершенствовать методы разведки США в регионе. Разведывательное сообщество США должно улучшать методы разведки, обмениваясь информацией с надежными центрально-азиатскими партнерами для идентификации и противодействия существующим радикальным исламистским организациям. Это должно быть нацелено на финансовый сектор, поскольку для сбора средств террористы используют отмывание денег и черный рынок. США должны также более тесно работать с местными органами власти, чтобы отслеживать передвижения боевиков и нейтрализовать их развертывание на раннем этапе.

Однако недавние беспорядки на Ближнем Востоке указывают на то, что нельзя полагаться исключительно на местные службы разведки. Аналитики и оперативники США должны развивать более значительные языковые, политические и культурные навыки и проводить больше времени на местах, осуществляя вербовку кадров.

•    Укреплять пограничный контроль. Проницаемые границы по всей Центральной Азии представляют огромные проблемы для безопасности. Укрепление пограничного контроля через «Центрально-азиатскую региональную стратегическую инициативу» (РСИ) Государственного департамента должно стать приоритетом США. РСИ помогает государствам-партнерам в укреплении потенциала для борьбы с терроризмом, и должна придавать особое значение связям между незаконным оборотом наркотиков, терроризмом и безопасностью границ.

Однако помощь США должна быть осторожной, чтобы не укрепить репрессивный характер правоохранительных органов и служб безопасности, которые используются режимами против политической оппозиции

Автор: Аналитическая служба "АРИС"

Комментарии 0