Политика

Таджикистан и Китай: однобокое партнёрство

 

20 мая КНР и Республика Таджикистан подписали совместную декларацию об установлении отношений стратегического партнёрства. Этот исторический документ стал письменной фиксаций довольно тесного сотрудничества двух государств, о котором мировая пресса пишет теперь едва ли не каждый день. Речь идёт и о кредитовании Пекином Душанбе, и об энергетическом взаимодействии, и о сельском хозяйстве, и о проектах международных железнодорожных магистралей, и о частых визитах Эмомали Рахмона в Поднебесную. Кстати, упомянутая выше декларация как раз и была подписана в ходе последнего визита президента Таджикистана в Китай.



     

I


Совместная декларация Китайской Народной Республики и Республики Таджикистан об установлении отношений стратегического партнёрства состоит из шести длинных пунктов. Необходимо остановиться на главных её составляющих. Без этого китайские приоритеты не понять.

Государственный визит Рахмона в КНР состоялся 19-20 мая 2013 года. Президент Таджикистана посетил Пекин по приглашению Си Цзиньпина. Агентство «Синьхуа» напоминает, что последняя Совместная декларация об основных принципах взаимоотношений между Китайской Народной Республикой и Республикой Таджикистан была подписана 9 марта 1993 года. Кроме неё, действует и Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между КНР и РТ, подписанный 15 января 2007 года. Теперь стороны решили расширить сотрудничество до максимума, доведя его до уровня стратегического партнёрства.

В первом пункте нового документа стратегическое развитие китайско-таджикских отношений названо одним из приоритетных направлений внешней политики двух стран. В числе общих компонентов сотрудничества здесь перечислены: обеспечение взаимной безопасности, взаимное уважение, равенство, доверие, противодействие глобальным угрозам и вызовам, укрепление региональной стабильности, расширение сотрудничества в политической, экономической и гуманитарной сферах. Уточняется также, что стороны обязуются «строго соблюдать положения Соглашения между Китайской Народной Республикой и Республикой Таджикистан о китайско-таджикской государственной границе от 13 августа 1999 года, Дополнительного соглашения между Китайской Народной Республикой и Республикой Таджикистан о китайско-таджикской государственной границе от 17 мая 2002 года, Протокола между Правительством Китайской Народной Республики и Правительством Республики Таджикистан о демаркации китайско-таджикской границы от 27 апреля 2010 года, обеспечивая дальнейшее поддержание вечного мира и дружбы из поколения в поколение».

Таджикистан документально подтвердил «приверженность политике одного Китая». Помимо прочего, это означает, что Таджикистан считает Тайвань неотъемлемой частью Китая и поддерживает «важное дело мирного воссоединения Китая».

Второй пункт посвящён географии. Стороны сошлись на том, что следует «полностью использовать преимущества географического соседства и экономической взаимодополняемости». Используя эти самые преимущества, КНР и РТ начнут «содействовать устойчивому и интенсивному развитию экономического сотрудничества двух стран путём активного продвижения и реализации соответствующих проектов». Говорится о совершенствовании климата в торговле и инвестициях, создании благоприятных условиях для ввоза товаров, услуг, техники, технологий и т. д. Далее сообщается и об углублении финансового сотрудничества.

В отдельном абзаце рассказано о продвижении сотрудничества в транспортной сфере. Тут сказано не только об упрощении визовых процедур, но и о реализации проектов по железной дороге и шоссейному строительству. Стороны явно собираются «шаг за шагом продвигать строительство китайско-таджикской шоссейной дороги, улучшая инфраструктуру на КПП Карасу-Кульма, стремясь к осуществлению в ближайшее время круглогодичной работы КПП». (Как видим, это далеко не общие заявления, характерные для подобного рода деклараций).

Что касается полезных ископаемых, то стороны будут активизировать работы по совместной разведке и разработке, а также расширять сотрудничество в области добычи энергоресурсов. Сообщается и о планируемом расширении инфраструктуры электроэнергетики Китая и Таджикистана, в том числе о решении вопросов по созданию возможности поставки электроэнергии в западные районы Китая. Будет рассмотрен и вопрос создания на территории Таджикистана предприятий по ремонту энергетического оборудования.

Китайцы планируют активно развивать сельское хозяйство на территории соседа. Упомянуты и проекты сотрудничества в области сельхозтехнологий на территории Таджикистана, и расширение сотрудничества в производстве сельхозтехники, обработке сельхозпродукции, мелиорации земель, выращивании сортовых семян, обмена техническим персоналом в сфере рыбоводства, сельского хозяйства и др.

Касательно границ есть намёки на расширение сотрудничества в приграничных районах. Говорится об укреплении сотрудничества «Синьцзян-Уйгурского автономного района Китайской Народной Республики с приграничными районами Республики Таджикистан».

В третьем пункте декларации стороны заявляют о совместной борьбе с терроризмом и сепаратизмом — на основе Шанхайской конвенции по борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, подписанной 15 июня 2001 года, и Соглашения между КНР и РТ о сотрудничестве в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 2 сентября 2003 года. Также КНР и РТ будут бороться с незаконным оборотом наркотиков.

Четвёртый пункт посвящён аспектам культурно-гуманитарного сотрудничества. Тут речь идёт упрочении «вековой дружбы между Китаем и Таджикистаном». Стороны будут укреплять обмен и сотрудничество в области культуры, образования, туризма, здравоохранения и спорта; расширять дружеские контакты между СМИ, научно-исследовательскими учреждениями, художественными коллективами и организациями молодёжи.

Также отмечено динамичное развитие сотрудничества КНР и РТ в области образования. Китай приветствует обучение студентов Таджикистана в своих вузах и подтверждает готовность предоставлять государственную стипендию успевающим таджикским студентам, обучающимся на территории Китая. (Вот так, в числе прочих, готовятся и будущие агенты, заметим в скобках. Из числа наиболее «успевающих»).

В пункте пятом декларации заявляется, что стороны выступают против вмешательства внешних сил во внутренние дела стран Центральной Азии под любыми предлогами. Также стороны подчёркивают важность реализации мира и стабильности в Афганистане.

Шестой пункт утверждает, что ООН должна продолжать играть центральную роль в поддержании мира на планете. Стороны оказались едины и в том, что Шанхайская организация сотрудничества играет важную роль в деле защиты региональной безопасности, укреплении взаимовыгодного сотрудничества между государствами-членами.

Подписавшись под этими многозначительными пунктами, Эмомали Рахмон пригласил Си Цзиньпина посетить с визитом Республику Таджикистан. Приглашение было с благодарностью принято.

А теперь — немного цифр и проектов.

II



Как пишет таджикская информационная служба «Авеста», в настоящий момент Китай — основной кредитор Таджикистана. По данным Министерства финансов Таджикистана, на долю Китая приходится 41% от общего размера внешнего долга республики.

Общий размер внешнего долга Таджикистана на 1 апреля текущего года составил 2 млрд. 125,7 млн. $, из них 862 млн. $ приходится на долю КНР. По словам источника, в число основных кредиторов Таджикистана также входят Всемирный банк (17% от общего размера внешнего долга) и Азиатский банк развития (15%).

В таджикском Минфине также отметили, что РТ предложила Поднебесной на изучение несколько инвестиционных проектов. Они предполагают кредитное финансирование. Речь идёт о проектах в сфере транспортных коммуникации, точнее говоря, о строительстве железных дорог и мостов. В случае одобрения предложенных проектов и выделения под них финансовых средств удельный вес китайского кредита во внешнем долге Таджикистана может превысить 50%.

3 июня та же «Авеста» рассказала о встрече со студентами, которую провёл посол Таджикистана в Китае Рашид Алимов. Он пообщался со студентами «NORTH CHINA Electric Power University» — одного из крупнейших в Китае университетов, готовящих кадры для энергетического сектора китайской экономики.

Посол проинформировал будущих инженеров и энергетиков об итогах переговоров лидеров двух соседних государств и совместной декларации, подписанной в ходе визита. Особое внимание Алимов уделил открывающимся перспективам двустороннего торгово-экономического сотрудничества, в частности, в энергетической сфере.

Не случайно посол выбрал энергетический университет. Он сказал:

«При поддержке правительства Китая в Таджикистане создана единая национальная энергетическая система. Таджикистан обладает самыми богатыми гидроэнергоресурсами в Центральной Азии и заинтересован в том, чтобы китайские компании, наряду с российскими и иранскими, активнее участвовали в строительстве средних и малых ГЭС на внутренних реках страны.

Имеющийся потенциал позволяет производить значительный объём электроэнергии как для внутренних потребностей, так и на экспорт, включая стремительно развивающиеся западные районы Китая».


Посол далее подчеркнул, что «совместное освоение гидроэнергетического потенциала Таджикистана можно рассматривать как важный фактор как для внутреннего, так и регионального экономического роста и развития».

Что касается проектов в области сельского хозяйства, то они были обсуждены ещё до подписания стратегического документа. Национальное информационное агентство Таджикистана «Ховар» передаёт, что 13 мая в Душанбе прошла встреча первого заместителя министра сельского хозяйства Республики Таджикистан С. Рустамова с экспертной группой КНР во главе с Чень Нэчжуаном. Участники встречи обсудили вопросы, касающиеся экспорта продукции. В этом году таджикские фрукты и овощи могут появиться на прилавках китайских супермаркетов.

О железнодорожных китайских проектах, связанных с Таджикистаном, рассказала Виктория Панфилова («Эхо планеты»).

И Китай, и Таджикистан заинтересованы в строительстве дороги, связывающей его приграничные регионы с Центральной Азией. У РТ всего одна ветка через Узбекистан со всем постсоветским пространством, а отношения Душанбе с Ташкентом сложные, и дорога периодически перестаёт работать на узбекской территории. Душанбе неоднократно заявлял о необходимости строительства новых железнодорожных веток, не зависящих от Узбекистана, но за 22 года так и не сумел добиться реализации своих планов.

Но вот появился стратегический партнёр Китай. И Душанбе мог подключиться к проекту международной железнодорожной магистрали Китай — Афганистан — Иран. Таджикские власти рассчитывали, что она пройдёт по таджикской территории и заказали иранской компании «Metro» технико-экономическое обоснование участка. Правда, в начале февраля стало известно, что в проект вошли Киргизия и Узбекистан, а Таджикистан из списка участников был исключён. Строительство дороги через Узбекистан с более простым ландшафтом и разветвлённой инфраструктурой оказалось менее затратным. Проект финансирует Китай, и для него Узбекистан, оказывается, более интересен с экономической точки зрения, нежели Таджикистан.

Эту информацию дополняет таджикская «Авеста». Выясняется, что предварительная экономическая оценка таджикского участка международного железнодорожного проекта Кашгар — Герат, продолжается. Как сообщили в Министерстве транспорта Таджикистана, работы по этому проекту никто не отменял. Компания «Метро» продолжает определять маршрут железной дороги, приблизительную стоимость и целесообразность проекта для РТ.

Источник отметил: «Этот проект нужен Таджикистану, поэтому, независимо от реализации других альтернативных проектов (Кыргызстан — Узбекистан, прим. автора репортажа), при изыскании необходимых финансовых средств он будет реализован. Реализация проекта позволит Таджикистану состыковаться с железными дорогами Кыргызстана, Китая, Афганистана, Туркменистана и Ирана».

По имеющимся предварительным данным, общая протяжённость железнодорожного соединения Кашгар — Герат (Китай — Кыргызстан — Таджикистан — Афганистан) составляет 1972 километра. На территории Таджикистана длина железной дороги составит 392 километра.

По данным Министерства транспорта и коммуникаций, на реализацию таджикского участка потребуется свыше 3,5 млрд. долл.

Главным участником указанного железнодорожного проекта таджикская сторона считала Китай. Однако он, как заявил в феврале Бишкек, сделал выбор в пользу другого альтернативного проекта (Китай — Кыргызстан — Узбекистан), предложенного узбекской стороной.

Вовсе не большой вопрос, как будет поступать Китай со своими стратегическим партнёрами в Центральной Азии. Из описанного железнодорожного проекта видно, что Китай будет делать то, что ему выгоднее. К тому же не Китай зависит от РТ, а наоборот — Таджикистан зависит от Поднебесной. Льготы и кредиты — главное оружие экономической экспансии КНР в азиатском регионе. Именно потому китайцы с такой лёгкостью оттяпывают участки территории Таджикистана и вводят туда бойцов НОАК — просто за долги. Несмотря на письменные заявления о соблюдении китайско-таджикской государственной границы. Геополитика вообще хорошо показывает не только зыбкость границ, но и зыбкость самой карты мира.

ИА «REGNUM» напоминает, что Таджикистан утвердил передачу КНР части территории в январе 2011 года, когда парламент республики ратифицировал протокол о демаркации границы с КНР, согласно которому Китаю отходит 1,1 тыс. кв. км спорных территорий. Официальная церемония передачи земли состоялась осенью того же года. Площадь Китая выросла на 1158 квадратных километров, а территория Таджикистана уменьшилась на 1%.

Вот поэтому в 2013 году можно легко подписывать декларации, в которых упоминаются границы. По этой же причине можно давать таджикам кредиты. Не отдадут? Оттяпаем ещё кусок — законно, подпишем бумагу, поговорим за чашкой вина о «вековой дружбе». Новые пограничные столбы и несколько автоматчиков могут так напугать мировую прессу, что она сочинит сказки об оккупации. Лучше бы журналисты подумали о том, что китайцы вполне себе мирным путём — экономическим, весьма смахивающим на стратегический, — уже оккупировали Таджикистан по самое не балуйся.

Всё, что строят и проводят китайцы в РТ, делается отнюдь не силами таджикских рабочих. Не только потому, что те просто не имеют нужной квалификации. Китайцы и не хотят, чтобы они работали: Пекину нужно свои рабочие руки пристраивать, а не таджикские. Все эти шоссе, мосты, энергообъекты, упоминаемые в совместной декларации и приложениях к ней, будут строить тоже китайские фирмы. Разумеется, своими, китайскими силами: от инженеров до чернорабочих. Что касается таджиков, то они будут собирать свои фрукты и отдавать за внешние долги территории; на этом их «партнёрская» роль в спектакле с Поднебесной заканчивается.

Кстати, подобная экспансия КНР в Таджикистан — никакая не особенная. Ровно так же китайцы поступают со странами Африки: высасывают оттуда своими силами минеральные ресурсы. По сведениям «Financial Times», с 2000 по 2012 гг. торговый оборот африканских стран с КНР вырос в 20 раз и достиг 200 млрд. долларов. Однако удельный вес промышленного производства в ВВП континента упал с 12,8% до 10,5%. Александр Бондаренко («Однако») пишет, что в 2009 году КНР обнулила ввозную пошлину на 95% товаров из беднейших государств Чёрного континента, а в обмен китайцы получили доступ к недрам. В Намибии, Либерии, Камеруне, Мозамбике уже высказывают недовольство массовой вырубкой лесов, древесина которых идёт на развитие китайской мебельной промышленности. В Замбии бунтуют работники медных шахт, принадлежащих китайцам. Даже в ЮАР, участнике БРИКС, китайский дешёвый текстиль подорвал позиции местной текстильной отрасли. Впрочем, добавим, ЮАР принят в БРИКС по настоянию Китая. Это тоже — своего рода «обмен», результат «партнёрства». Да вот только Китай дарит символы, а получает реальную выгоду. Умелая манипуляция сознанием в постмодернистском обществе.

А. Бондаренко приводит материал из «Financial Times», написанный главным управляющим Центробанка Нигерии Ламидо Сануси. Автор призывает африканские страны пересмотреть «романтическое» отношение к Китаю. «Китай покупает у нас сырьё и продаёт нам товары. Но ведь именно в этом состоит сущность колониализма, — пишет он. — Эпоха Движения неприсоединения, объединившего нас после разрыва с метрополиями, закончилась. Китай перестал быть такой же развивающейся страной — теперь это вторая экономика мира, способная к тем же формам экономической эксплуатации, что и Запад. Его экономическая политика существенно способствует деиндустриализации и недоразвитости континента». Автор публикации также подчёркивает, что КНР строит инфраструктуру на континенте исключительно силами собственных специалистов. Сануси видит выход в инвестициях в образование и в строительстве инфраструктуры своими, то есть африканскими, силами.

Вот ровно то же происходит и с Таджикистаном. Только у последнего ситуация сильно осложняется недоразвитостью экономики, тощим бюджетом и крупным внешним долгом — из которого скоро половина придётся как раз на Китай. Получается, что политика господина Рахмона направлена именно на увеличение зависимости от Поднебесной. Один процент территории перешёл Китаю? Поглядим, что будет завтра.

Всё то, что Китаю в Таджикистане выгодно, будет реализовываться в полной мере и с ускорением. Вот в заключение новейшие цифры, озвученные при подписании упомянутой выше совместной декларации.

Их приводит Александр Кондрашин («Коммерсантъ»). Во-первых, это соглашения о кредите в 140 млн. долл., который Китай предоставит для наращивания мощностей золотодобывающего предприятия «Зарафшон» на китайско-таджикской границе. (Не секрет, что Китай закупает по всему миру золото). Во-вторых, сберегательный банк Таджикистана «Амонатбонк» и Государственный банк развития Китая профинансируют реконструкцию подстанции «Регар». В-третьих, подписано соглашение между Министерством энергетики и промышленности Таджикистана и китайской компанией «Dong Ying Heli» о строительстве нефтеперерабатывающего завода на юге страны. Предполагается, что перерабатываться там будет около 1,2 млн. тонн нефти в год. Этот проект будет реализоваться в рамках Национальной программы развития нефтегазовой промышленности до 2030 года, предусматривающей как наращивание объёмов добычи углеводородов в Таджикистане, так и повышение качества их переработки. Главная цель китайцев — снизить зависимость от импортируемого из России топлива, отмечает журналист. Перечисленные соглашения усилят присутствие Пекина в экономике соседа, в которой и без того доля китайских инвестиций составляет чуть не 40%.

Параллельно, надо добавить, Китай серьёзно укрепится в Центральной Азии, тем самым ослабляя там позиции России.
Автор: Олег Чувакин

Комментарии 0