Политика

Китай и Индия: дружба forever?

5 мая Индия и Китай вывели свои войска со спорной территории в Гималаях. Решение о выводе войск было принято на встрече командующих пограничными отрядами, сообщила «Лента.ру» со ссылкой на агентство «Рейтер». Вывод был произведён одновременно: индийские военнослужащие отошли на километр вглубь страны от позиции, которую они занимали с 16 апреля, и китайские военные также покинули позицию, занимаемую ими с 15 апреля.

Короткая история инцидента такова: пятнадцатого апреля Индия объявила, что около трёх десятков китайских военнослужащих разбили лагерь в высокогорном районе Ладакх (северо-восток штата Джамму и Кашмир), и на следующий день в сотне метров от китайского лагеря встали на «стоянку» индийские военнослужащие.

Формальной границы в Ладакхе, фактически разделённом между Индией и Китаем, до сих пор не проложено. Поэтому как Китай, так и Индия могут уверять мировое сообщество, что «противник» вторгся на их территорию.

Андрей Резчиков, Екатерина Ермакова (газета «Взгляд») приводят в своём материале мнение экспертов, полагающих, что Китай, первым направившим солдат в спорный район, выказал готовность к мирному разрешению конфликта.

Индия и Китай оспаривают участок горной территории на севере Кашмира, а также почти 60 тысяч квадратных километров в северо-восточном штате Аруначал-Прадеш. Руководитель департамента по вопросам СНГ Центра политических технологий Сергей Михеев пояснил корреспондентам «Взгляда», что споры о территории для Китая имеют принципиальный характер: «Это очевидно по их конфликту с Японией из-за островов Сенкаку. Острова на самом деле мало что из себя представляют, но китайцы относятся к этой теме очень болезненно». Аналитик также заметил, что «сейчас китайцы чувствуют себя активными политическими игроками, это чувство их определённо подталкивает».

На фоне провокаций со стороны Пекина индийская линия поведения может показаться мягкой. Разницу в поведении сторон, пояснил товарищ Михеев, нужно искать в политической культуре: «Подобные мелкие провокации — в стилистике китайцев начиная с 1960-х годов».

Примером подобного подхода эксперт считает территориальный конфликт за Даманский полуостров. Помимо собственно боевых действий, китайцы устраивали демонстрации, размещали вдоль границы плакаты.

Китайские военные, как пишет индийская пресса, в провокациях демонстрируют изобретательность. В 2012-м году два китайских солдата проникли в сектор Кумар, юго-восточнее Ладаха, и разрушили старый индийский армейский бункер. На спорной территории лазутчики писали на стенах и скалах: «Вы на китайской территории». Заодно «пропаганда» велась с воздуха: китайские самолёты проникали в воздушное пространство Индии и сбрасывали листовки, продукты, сигареты.

Заведующий отделением востоковедения НИУ ВШЭ Алексей Маслов напомнил, что КНР ведёт крупный геополитический проект: «Китай строит новый мир — параллельный миру США». Направив своих военных в спорный район, Китай показал, что ничего не забыл и по-прежнему готов отстаивать свои границы. Но вслед за демонстрацией силы он отвёл солдат, показав этим, что осознаёт необходимость разрешения конфликтов.

Товарищ Маслов напомнил, что перед саммитом БРИКС в марте 2013 г. власти Индии опубликовали доклад, где признали своё отставание от Китая, в том числе в военной области. Китайская армия в спорном районе хорошо мобилизована. Китай обеспечивает свою армию сам, а вот Индия является крупнейшим покупателем оружия. По мнению эксперта, миролюбие Дели носит прагматический смысл: ведь исход военного противоборства в данном регионе был бы предрешён.

Мало того, в Индии усиливаются социальные проблемы, в том числе этно-конфессиональные. «Не в интересах правящей партии стало бы развязывание конфликта ещё и на границе, — говорит Маслов. — Подобный региональный конфликт Индия уже не смогла бы погасить».

Илария Мария Сала («La Stampa»; источник русскоязычного текста — «Инопресса») приводит выдержку из совместной декларации, подписанной премьер-министром Индии Манмоханом Сингхом и его китайским коллегой Ли Кэцяном: «Страны не позволят, чтобы их территории использовались для враждебной деятельности в отношении друг друга». И ещё фрагмент: «Обе страны сохраняют за собой право выбирать собственный путь политического, социального и экономического развития, при этом фундаментальные права человека будут занимать подобающее им место». Журналистка цитирует далее: «Индия и Китай обладают историческими возможностями для экономического и социального развития, и реализация этой задачи будет служить развитию мира и процветания в Азии и в мире. В мире существует достаточное пространство для развития Индии и Китая, а мир нуждается в совместном развитии двух стран, которые станут партнёрами, но не соперниками».

Тем не менее не всё так красиво, как расписано в декларации. Результаты опроса индийского общественного мнения, пишет журналистка, свидетельствуют, что сторонам предстоит преодолеть множество препятствий. 84% респондентов уверены в том, что от Китая исходит угроза. Самая любимая страна жителей Индии — Соединённые Штаты, а вот их «любовь к Китаю» по 10-балльной шкале оценивается всего лишь на четвёрочку.

По мнению аналитика Сергея Строканя («Коммерсантъ»), несмотря на «перезагрузку», перспективы отношений Дели и Пекина весьма туманны. Соперничество между двумя членами БРИКС становится всё более явным.

«Обе стороны договорились восстановить статус-кво, существовавший до 15 апреля этого года», — сообщил официальный представитель МИД Индии Сайед Акбаруддин. Его китайская коллега Хуа Чуньин пояснила: «После приграничного противостояния Китай и Индия в итоге проявили сдержанность и продемонстрировали конструктивный подход».

Но вот наблюдатели оценивают перспективы начавшейся перезагрузки в отношениях Дели и Пекина довольно сдержанно.

Индийский политолог, вице-президент «Observer Research Foundation» Нандан Унникришнан заявил «Ъ»: «Это временная разрядка. При новом руководстве Китай проводит всё более агрессивный курс по отношению не только к Индии, но и к другим азиатским странам. Возникающие сегодня территориальные споры — только начало». По мнению эксперта, в будущем индийско-китайские отношения будут поделены на сферы: в одних стороны будут сотрудничать, в других — соперничать.

Владимир Скосырев («Независимая газета») напоминает, что на днях глава правительства Китая Ли Кэцян призвал установить климат доверия с Индией. Опасаясь, что США хотят втянуть её в антикитайский альянс, гость предложил увеличить инвестиции в стране и открыть двери для индийского экспорта. Премьер Государственного совета КНР во время пребывания в Дели особо подчеркнул, что Индия стала первой страной, которую он посетил после вступления на пост в нынешнем году. «На основе более глубокого взаимного доверия наши две страны могут углубить взаимопонимание и построить новый тип отношений, продвинуть успешное развитие Китая и Индии. Это будет настоящим благословением для Азии и мира», — сказал премьер.

Китайские СМИ пишут о желательности дружеских связей между «драконом и слоном». Печатный орган Компартии — «Global Times» — сообщает, что Запад преднамеренно раздувал шумиху вокруг недавнего конфликта между индийскими и китайскими военными: «Запад заинтересован в разногласиях между Китаем и Индией… Китай понесет ущерб, если Индия станет проводить по отношению к Китаю такую же политику, как Япония и Филиппины».

Между тем в беседе с корреспондентом «НГ» руководитель Центра индийских исследований Института востоковедения РАН Татьяна Шаумян напомнила, что «переговоры о границе ведутся между двумя державами с 1981 года. Китай предъявляет претензии на территорию в 136 тысяч квадратных километров, куда входит индийский штат Аруначал-Прадеш. В то же время китайцы фактически захватили более 30 тысяч квадратных километров на западном участке, в районе Аксай-Чин». Земли эти — высокогорные и малонаселённые, и для обеих держав контроль над ними — скорее вопрос престижа.

Во время недавних встреч представителей Индии и Китая обсуждалась компромиссная сделка: Индия признаёт притязания Поднебесной на западном участке, а КНР признаёт Аруначал-Прадеш индийской землей. Но это оказалось неприемлемым вариантом.

Трёхдневный визит нового премьера Госсовета КНР в Дели, пишет Сергей Строкань («Коммерсантъ»), не сопровождался подписанием важных политических или торгово-экономических соглашений, и был воспринят скорее как «вынужденное рукопожатие через Гималаи после недавней войны нервов и игры мускулами вдоль так называемой линии фактического контроля (де-факто — граница протяжённостью около 4 тыс. км)».

«То, что стороны договорились вести переговоры, — хорошая новость. Но нет гарантий, что эти усилия дадут позитивные результаты, — сказал «Ъ» Нандан Унникришнан. — Ведь раньше на переговорах по границе никакого движения не было. А сегодня истинной причиной жеста доброй воли Пекина стало нежелание сорвать визит Ли Кэцяна в Дели».

Сергей Василенков («Правда.ру») указывает, что Индия не сможет в одиночку «тягаться с Китаем», и поэтому Дели сотрудничает с Вашингтоном, а тот давно хочет ограничить влияние Китая в мире.

О китайском противостояния США, а потому и Индии, косвенно свидетельствует то, что следующим пунктом зарубежного турне Ли Кэцяна оказался Пакистан. Главная цель визита, замечает С. Строкань («Коммерсантъ»), — укрепить отношения со страной, воспринимаемой Пекином в качестве ключевого плацдарма для сдерживания США и Индии.

Китайский премьер заявил: «Я хочу подтвердить твёрдую поддержку Китаем усилий Пакистана, направленных на сохранение независимости, суверенитета и территориальной целостности». Эксперты расценили это высказывание как камень в огород Индии — главного антагониста Пакистана, а заодно и США, продолжающих наносить удары с воздуха по пакистанской территории в рамках так называемой борьбы с терроризмом.

Достигнутые в ходе визита в Пакистан договорённости, отмечает аналитик, дадут новый импульс развитию стратегического глубоководного порта Гвадар, расположенного в пакистанском Белуджистане и в феврале переданного в управление компании «Chinese Overseas Port Holdings Limited».

Индийский политолог Винай Шукла сказал «Ъ»: «Развивая инфраструктуру Гвадара и демонстрируя готовность финансировать энергетические проекты и, в частности, строительство нефтегазоперерабатывающего комплекса, Пекин рассчитывает получить стратегическую военно-морскую базу в Персидском заливе. Это даст ему дополнительный рычаг для сдерживания ВМС США и Индии».

Таким образом, бескровно демонстрируя военную силу и одновременно умело дипломатически маневрируя, Китай по-прежнему нацелен на мировую экспансию. Неспроста именно Поднебесная является геополитической «целью» Вашингтона, публично озвученной ещё в начале января 2012 года Бараком Обамой. Что касается Индии, то её пограничные конфликты с КНР рано помещать в исторический архив.

Автор: Олег Чувакин

Комментарии 0