Просвещение

Как понимать Сунну

Ценность книги: Как написано и в самом предисловии, Юсуф аль Кардави подкреплял все свои мысли доказательством. И подобранные им хадисы - общепризнанны. Кроме того, большим плюсом является то, что он использует мнения других крупных ученых.

О Сунне

Очень интересно Юсуф аль-Кардави сказал о сунне. Обычно, как известно, мусульманские авторы к этому определению подходят как-то научно, пытаясь дать энциклопедическую формулировку, и поэтому не всегда молодыми правильно понимается то, что хотят сказать мыслители. Однако аль-Кардави доступно объяснил, что Сунна "проявляется везде: дома, в мечети, общественных местах, на базаре, на работе, в отношениях человека с Аллахом, семьей, мусульманами, немусульманами, другими живыми существами, неживой природой и самим человеком". То есть, Сунна – это наш каждый день. Это совмещение чувства и разума, а также души и тела. 

Причем, аль-Кардави говорит, что Сунна – это стыковка и между явным и скрытым. Сунна, если можно так выразиться, есть в каждом из нас. Это наш внутренний мир с личными проступками, переживаниями, победами и успехами. Звучит, конечно, очень красиво. Наверное, именно потому что это и есть наша вера. Поэтому Аль-Кардави утверждает, что Сунна не должна пониматься как разговор о каких-то внешних ритуалах, например, в отношении бороды или длине брюк. Для правильного понимания Сунны необходимо "рассматривать ее в совокупности с Кораном и его божественными директивами. Это надо делать для того, чтобы уберечься от вымышленных, сфабрикованных и искаженных их трактовок".

Об умеренности и домыслах

Аль-Кардави вновь напоминает читателям об умеренности, предоставляя этому понятию фактор баланса, некоего равновесия в жизни во всех вопросах, включая поклонение. Аль-Кардави ставит и другой важный вопрос – о единстве. Причем, эту ситуацию он связывает с тем, что мусульмане "дополняют друг друга" для построения желаемого общества, формирования идеальной уммы. Для этого необходима солидарность, о которой говорится в Коране: "Верующие мужчины и женщины являются помощниками и друзьями друг другу" (Ат-Тауба: 71). 

Все вышеизложенное у аль-Кардави звучит во имя человека. Аль-Кардави так и описывает творение Бога: люди не лишены страсти и инстинктов. У них имеются нужды и потребности. В целом, не удивительно, что "человек может возвыситься и пасть, споткнуться и идти прямым путем, заблудиться и быть непокорным, а также раскаиваться". Поэтому, утверждает аль-Кардави, Сунна исходит из человеческих реалий и учитывает их слабость при совершении ими грехов. Именно отсюда – всегда существующая возможность покаяться, дверь эта постоянно открыта - чтобы люди молили Аллаха о прощении. 

В плане человеческих минусов многое зависит от состояния человека. Пророк, с которого мы должны брать пример во всем, прекрасно понимал это, в связи с чем отвечал на совершенно одинаковые вопросы по-разному. Так как он всегда учитывал "психологические, умственные и физические данные людей, которые не одинаковы", обращал внимание на национальные обычаи и индивидуальные особенности различных обществ, признавал право людей на отдых и развлечения, считая допустимым, к примеру, посещение свадеб. 

Вообще, радость и приятные блага – это часть жизни верующего, опять-таки не в плане переусердствования, а в смысле отсутствия крайностей. По этой причине, говорит аль-Кардави, Кораном запрещено монашество, аскетизм, воздержание души от приятных благ, которыми Аллах наделил человека. И даже в обязательных ритуалах позволительна определенная легкость. Например, в пути разрешено совершение намазов сокращенно и их совмещение. Во время болезни можно совершать намазы сидя, лежа и знаками. И так далее.

Но "препятствием на пути к Исламской умеренности, общественной толерантности, облегчению положений Шариата" по словам аль-Кардави, является фанатизм. Хотя "крайние подходы к религии" - болезни, так как религия не должна быть "обременительной для людей".

А рядом, пишет аль-Кардави, существуют домыслы. То есть, попытки "ввести в Сунну новшества", противоречащие сказанному пророком, а также Исламскому вероубеждению, что является крайне важным замечанием, так как многие из тех, кто делает первые шаги в Исламе, очень часто слышат от некоторых верующих – то нельзя, это под запретом и таким образом у них создается какой-то искусственный страх перед религией в целом. А позже, когда знакомишься с Откровением и мнением богословов понимаешь, что большинство так называемых запретов не являются категоричными

Ведь, как говорит мыслитель, "результатом трактовки невежд является подмена сущности Ислама". Наличие еретических сект, подобных хариджизму - свидетельство "неправильного понимания сообщений, которые были посланы Аллахом или сказаны пророком". На взгляд автора статьи, это тоже важнейший нюанс, потому что слишком многие сегодня ведут себя как современные хариджиты, То есть, призывают отторгнуть от Ислама своих собратьев, обвиняя их в неверии.

Не противопоставлять Коран Сунне

Аль-Кардави затронул еще один важнейший момент, отметив утверждения противников Сунны, что раз Коран является всеобъемлющим священным писанием, которое отвечает на все вопросы и указывает верный путь, необходимость в Сунне отпадает. 

"Наш ответ им", выделяет катарский ученый, что Сунна является раскрытием смыслов Корана. Там содержатся детальные разъяснения общих смыслов аятов, вводятся в определенные рамки широкие понятия. Если бы не было Сунны, то мы не имели бы подробной информации об обязательных молитвах (намазах), посте, обязательной милостыне (закят) и паломничестве в Мекку (хадж).

Сунна, подчеркивает аль-Кардави, является вторым источником права (фикх) и законодательства после Книги Всевышнего Аллаха. По этой причине мы видим, что с точки зрения обоснования основ религиозных предписаний, все богословские школы (мазхабы) в своих правовых методах придавали большое значение Сунне.

Другой важный момент, который можно почерпнуть у аль-Кардави, это взгляд на понятие "обновление веры". По-аль-Кардави, тут подразумевается"возобновление религиозных исследований (иджтихада), обращение к первоисточникам, спасение от застоя и слепого следования религиозным авторитетам". То есть, речь тут идет об обновлении нашего подхода к религии, "при котором извлекается польза из всего имеющегося в ней положительного". При этом "наше культурное наследие подвергается критике с целью устранения в ней наносных наслоений, которые имели место на протяжении времени".

К числу положительных моментов книги также можно отнести подробнейшее рассмотрение аспекта хадисов и подхода к ним с точки зрения достоверности. Общеизвестно, что это один из тончайших ракурсов в мусульманстве: Какие хадисы и как воспринимать, на какие опираться.


Но представляется актуальным приведение им примера с Абу Ханифой, по его словам, придававшего большое значение "точности каждого предания" и подходившего к этому делу "с большой степенью осторожности". Именно потому "в его передаче известно не так много хадисов", ведь если хадис "полностью не удовлетворял рациональным требованиям достоверности и не отвечал доводам разума, то он считал" его "слабым". 

В целом, по утверждению аль-Кардави, вне зависимости от своего мазхаба, все мусульманские правоведы использовали Сунну в качестве первоисточника для вынесения правовых предписаний, на ее основании выдавали фетвы и считая ее неотъемлемой частью религии, не противились ее предписаниям и запретам. 

Другое дело, что занимающиеся фикхом, "очень часто не владеют тонкостями науки о хадисах", что, безусловно, является замечанием аль-Кардави актуальным по сей день, когда хадисы часто переводятся слишком вольно или приводятся не к месту. 

Да и вообще, как пишет ученый, "повествователи хадисов также очень часто не знают фикха и его основ, закономерностей выдачи правовых предписаний, тонкостей и особенностей методов в хадисоведении". Этот момент, как отмечает мыслитель, важен в вопросах запретного и разрешенного, - как и в вопросах социальных отношений, воспитания, этике. Здесь необходимо обращаться к достоверным хадисам, чтобы узнать отношение Ислама ко всем этим проблемам.

Наверное, не раз многие сталкивались с тем, как кто-либо цитирует некое высказывание пророка, которое оказывает плохое влияние на тех кто, только-только приходит в религию. А потом оказывается, что данный хадис и вовсе считается "слабым" или даже недостоверным. Следовательно, мы сами должны как-то критически осмысливать то, что неглубоко разбирающиеся в исламских тонкостях люди вдруг начинают что-то уверенно доказывать и называть кого-то чуть ли не вероотступником, исходя из недостоверных хадисов.

Часто "всезнающие", цитируя один или два аята по какой-то теме, уверенно выдвигают безапелляционное заключение. Потому катарский ученый отмечает, что если "мы хотим правильно понять сунну, то должны рассматривать все хадисы по рассматриваемой проблематике", а проблема "должна быть проанализирована по категориям хадисов", подразделяющихся на предания с ясными (махкам), многозначными (муташабих), общими (мутлак), и конкретными (мукаййад) смыслами. 

В этом контексте ученый очень подробно рассматривает спорный подход к длине одеяния через хадисы, на что решился бы не каждый ученый, так как в умме столько внимания уделяется вопросу о длине брюк, что для многих это один из важнейших вопросов показателя "добротного" мусульманства. 

Исходя из внимательного рассмотрения ученым из Дохи практически всех хадисов по этой тематике, он приходит к выводу, что, согласно Сунне, если человек укорачивает подол одежды, остерегаясь чувства гордыни, избегая спорных толкований, то он, с Божей помощью, делает богоугодное дело, но вместе с этим, он не должен заставлять других людей делать это. 

Вообще, по-Кардави, хорошо известно, что некоторые "известные и имеющие хождение в устной и письменной традиции хадисы" являются "слабыми" или "вымышленными", пусть они и передаются друг другу. Здесь он подвергает резкой критике суфийские книги, содержащие "большое количество вымышленных хадисов. Поэтому читатели должны быть осторожны в этом вопросе. 

Причины появления хадисов

Для того, чтобы правильно понять Сунну, говорит аль-Кардави, необходимо выяснить то, по какой именно причине появились те или иные хадисы, что является блестящим замечанием арабского мыслителя. Ведь если мы понимаем, что даже коранический аят ниспосылался пророку по какому-то конкретному случаю или как ответ на обращение пророка Мухаммада к Великому Аллаху, то у каждого аята есть предыстория. 

Следовательно, нельзя не согласиться с аль-Кардави по аналогичному подходу к хадисам, тем более, серьезные исследователи этого вопроса "хорошо знают, что некоторые хадисы появились в связи с какой-то строго определенной ситуацией". В целом, хадисы "призваны защитить общие интересы и преградить путь всему, что может нанести вред. Либо же они имели целью решить какую-то существующую проблему".

Поэтому, хотя религиозное повеление, содержащееся в каком-то хадисе, с первого взгляда представляется как всеобщее и постоянное, при его анализе выясняется, что это предание связано с какой-то конкретной ситуацией. Таким образом, чрезмерное следование буквальному смыслу хадисов противоречит их духу, отклоняя умму от познания их истинной цели. 

Кроме того, арабский язык богат иносказаниями, которые, согласно науке о красноречии (балага) содержательнее и прекраснее прямого смысла. А посланник Аллаха, как пишет аль-Кардави, был самым красноречивым человеком из тех, кто владеет арабским языком. Поэтому многочисленные иносказания в хадисах не должны нас удивлять. 

С другой стороны, трактовка хадисов и других религиозных текстов "создают опасность отхода от их буквальных смыслов". Поэтому в этом вопросе "надо быть предельно осторожными". То есть, опять-таки и тут просматривается принцип аль-Васатыйи - избегать крайностей. 

В целом, данная канва – одна из краеугольных линий этого произведения. Избегать крайностей, опираясь на необходимость соблюдать во всех вопросах "золотую середину". Надо следовать размеренности и срединности, ибо это обезопасит нас самих от неправильных выводов и не причинит вред нашему окружению из-за нашего неверного толкования ряда вопросов. Именно этот ракурс выводится из рассуждений аль-Кардави. 

Пожалуй, мы все, внутри себя, должны уяснить, что справедлив только такой подход. И к нам самим, и к окружающему нас миру. Не будучи в состоянии подходить ко всем вопросам с точки зрения Васатыйи, мы ставим под удар как себя, так и умму в целом.

Автор: Октай Атаев, "Идрак"

Комментарии 9