Среда обитания

Борьба с терроризмом требует жертв. Среди мирного населения

Борьба с терроризмом требует жертв. Среди мирного населения
 

В Дагестане спецоперации стали обычным явлением. Не успевает закончиться одна, как начинается другая. Казалось бы, от такого усердия количество террористов должно было бы давно сойти на убыль. Но, увы. Результат таких радикальных операций один – растет количество искалеченных судеб. Разрушенные дома, уничтоженное хозяйство, и, как следствие, потеря веры в справедливость. Чтобы попасть под каток вовсе не надо иметь хоть какое-то отношение к бандподполью. Достаточно просто жить по соседству с тем домом, где спрятались боевики. Или же оказались на месте, откуда удобнее вести огонь.

     

В поселке Семендер, что на окраине Махачкалы, в конце марта в течение четырех дней шла спецоперация. В окруженном доме оказались депутат райсобрания Унцкульского района РД Магомедхабиб Магомедалиев, лидер гимринской бандгруппы Ибрагим Гаджидадаев и еще несколько человек, имена которых пока неизвестны.

Борьба без правил

Дома в Семендере строят впритык друг к другу. Люди постоянно жалуются, что администрация города раздает (не без выгоды, конечно) участки под строительство частных домов, хотя свободных площадей давно уже нет. Нет площадок для детей, нет школ и садиков – только стройка на стройке. Ближайшая средняя школа находится в нескольких километра уже в черте города.

И дом, где были блокированы депутат и лидер боевиков, был, естественно, окружен другими постройками.

Иса – один из пострадавших после той спецоперации соседей. Он показывает мне огромные трещины в фундаменте своего дома. Многодетный отец, он долго строил его, и вот дом оказался на поле боя.

«Неизвестные люди в масках в пять утра выгнали нас всех на улицу – никто ничего не объяснил. И четыре дня не пускали домой», – рассказывает Иса. Чтобы получить компенсацию, он бегает по всевозможным инстанциям, собирает документы. «Хоть и уверен, что ничего не получу, но буду бегать. Сначала пойду к нашему президенту (президенту РД – авт.), а если не получится – в Москву. Я простой работяга, что мне еще остается делать?», – говорит мужчина.

По словам девушки, которая арендовала гастроном прямо перед разрушенным в спецоперации домом, несколько дней магазин оставался открытым и оттуда пропали товары на крупную сумму. Теперь гастроном закрыт до лучших времен.

После окончания спецоперации был взорван дом самого депутата Магомедхабиба Магомедалиева. По сообщению источника в силовых структурах, там была найдена бомба, которую пришлось вот так обезвредить. Пострадали и соседние дома. Один из пострадавших – Магомед сомневается в правдоподобности этой версии. «В течение трех дней их штаб был на этой бомбе что ли?» – спрашивает он.

Фрагменты взорванного дома депутата упали прямо во двор Магомеда, разрушили котельную. Стены соседского дома – все в трещинах. Для получения компенсации он собрал документы, но никто так не пришел для того чтобы оценить ущерб.

Как и другие соседи, Магомед тоже не верит в то, что в полной мере получит компенсацию от государства.

Получишь, если откатишь

В одной из многих спецопераций, происходивших в Махачкале, пострадал владелец видеостудии «Утро-2» Рамазан Рабаданов. Тогда в соседнем с ним доме засели два лидера дагестанских боевиков. Его дом сгорел частично, а у трех соседей – полностью. Свой ущерб он оценил в 1,5 млн. рублей, но получил только 5 тыс. руб. «У меня сползли обои, они оценивают только стоимость сползших обоев, а мне теперь надо полностью стены клеить. Прогнулся и потек потолок – они измерили провисшую часть, вышло 2 метра, а надо менять весь потолок, он же весь сгнил», – рассказывает Рамазан.

По его словам, пострадавшие соседи получили компенсацию в полной мере, так как договорились – половину денег оставить в качестве отката за компенсацию.

Его ущерб тоже оценили бы в полтора миллиона, но тогда на руки Рамазан получил бы только 800 тысяч. Остальные осели бы в карманах чиновников. «Другие договорились пополам с МЧС и взяли хорошие деньги. А я коммунист», – мотивирует свой отказ Рамазан.

КТО заметает следы

У Магомеда Абдулаева из Кизилюрта дом полностью разрушен во время спецоперации в соседнем доме. Вместе с его домом сгорели еще четыре соседских. Уже несколько лет он не может получить компенсацию. В поисках справедливости Магомед дошел вплоть до Генеральной прокуратуры, но все безрезультатно. В конце концов, ему пришло письмо из Кизилюртовской межрайонной прокуратуры. В ней сообщается, что органы власти «не усмотрели законных оснований для возмещения причиненного ущерба».

«Как не усмотрели оснований, кто тогда поджег мой дом, кто были эти люди и почему прокуратура не выясняет это?» – недоумевает пострадавший.

В МЧС Дагестана Абдулаеву сказали, что они готовы возместить ущерб, только если в ФСБ подтвердят факт проведения КТО в указанном месте и в указанное время.  И письма из ФСБ по РД Магомед дождался. В нем сообщается, что спецоперации в Кизилюрте не было.

В нынешнем «доме» – мрачном помещении, которое выделил ему Хунзахский колхоз, Магомед показывает свои письма в разные инстанции. И короткие канцелярские ответы на них, в которых нет никакой ясности.

Из стопки бумаг он вытаскивает копию уголовного дела, возбужденного на Атаева Руслана, его соседа, убитого в той спецоперации. А также показывает вырезки газет и распечатки с интернета, в которых говорится, что 27.02.2011 года в Кизилюрте уничтожен активный член бандформирований. «Вот эти бумаги разве не доказывает факт проведения спецоперации, почему они это отрицают?» – недоумевает он.

Но…оказывается, «спецоперации не было».

Как сообщил начальник управления по чрезвычайным ситуациям МЧС Дагестана Денга Денгаев, почти всегда люди не получают компенсацию в полной мере. За частичную утрату имущества семье выплачивают 50 тыс. руб, а за полную утрату – 100 тыс. руб. «К сожалению, вот такое законодательство», – признается он.

Комментарии 1