Среда обитания

Демократия – это равенство всех. Кроме мигрантов?

Демократия – это равенство всех. Кроме мигрантов?

Австрия - страна с самым большим числом чеченских беженцев в Европейской Союзе

Почти три месяца продолжалась эта своебразная акция протеста в одной из красивейших церквей Вены. Беженцы из разных стран, ищущие политического убежища в Австрии, заняли готическое здание Вотивкирхе в центре Вены в знак протеста против условий содержания в лагерях для беженцев. Среди требований протестующих – разрешение на легальное пребывание в стране и свободный доступ к рынку труда.
 
     

Все началось еще в декабре. Около 300 человек, в основном из африканских стран, проживавших в лагере для беженцев в небольшом городке Трайскирхен, направились пешком в Вену, чтобы потребовать соблюдения своих прав. Этот марш протеста стал началом многонедельной акции, сопровождавшейся разбитием в центральном парке Вены палаточного городка, многочисленными митингами и демонстрациями и голодовкой участников, которые, в конце концов, переместились в Вотивкирхе, наотрез отказавшись покинуть помещение церкви до тех пор, пока власти не удовлетворят их требования.

А требования были достаточно ясными: предоставление статуса беженцев всем просителям, за исключением тех, кто нарушил закон, разрешение на работу, а также расселение беженцев из переполненного до отказа лагеря в Трайскирхене, в котором находится до 800 человек, в то время, как рассчитан он максимум на 200 человек.

Три месяца продолжалась эта «оккупация», пока после очередного многолюдного марша протеста – на этот раз чеченского – власти не предоставили беженцам гарантии безопасности и не заверили их в том, что никто из них не будет насильственно депортирован.

Вместо политического убежища – «Давай, до свидания»

Чеченские беженцы – еще одна категория политических мигрантов, от которых австрийские власти не прочь были бы избавиться. В последние год-два представители официального Грозного несколько раз посещали альпийскую республику для обсуждения, в том числе, и вопросов репатриации чеченцев. А делегация австрийских политиков, в свою очередь, посетила Чечню, чтобы самим удостовериться в том, что там все действительно цветет и процветает настолько, чтобы тысячам выходцев из республики, ищущих безопасности в Австрии, можно было бы без зазрения совести сказать типичное для этих мест прощальное «ба ба», которое в случае чеченских беженцев звучит скорее как «давай, до свидания».

Австрия – страна с самым большим числом чеченских беженцев в Европейской Союзе. Считается, что их тут в пределах 35-40 тысяч человек. Рассказывают, что в начале нулевых в этой небольшой альпийской стране получить политическое или гуманитарное убежище было проще, чем в соседних Германии или Франции, не говоря уж об Италии. Многие уже получили гражданства, некоторые – вид на жительство. Но беда в том, что, хоть по телевизору и говорят, что война в Чечне закончилась, а республика – самой безопасное место во всей галактике, поток людей, бегущих оттуда в Европу не прекращается. В том же Трайскирхене каждый день «сдаются» все новые чеченцы.

«Столько беженцев из Северного Кавказа мы видели только в начале 2000-х , – говорит Петра Грацер, социальная работница лагеря, опекающая вновь прибывших. – За последние два года число чеченцев, сдавшихся у нас, увеличилось почти в три раза по сравнению с данными за 2009- 2010 годы».

«В Чечню я больше не вернусь»

Семья Газиевых, вернее то, что от нее осталось, переселилась в Австрию всего две недели назад. Их история – типичная для многих чеченских семей. Один из сыновей несколько лет назад присоединился к боевикам. Никого не спросил, никому ничего не сказал, просто однажды ушел из дома. Неведающие ни о чем родственники искали его повсюду, написали заявление в милицию, а через несколько дней к Газиевым пришли силовики и сообщили о том, что их сын присоединился к «шайтанам», велев немедленно вернуть его домой. Но как вернешь того, чье местонахождение тебе неизвестно? Через несколько недель «неизвестные вооруженные лица» сожгли дом Газиевых. Отец семейства и все ближайшие родственники еженедельно отчитывались у местных силовиков о том, что они предприняли для возвращения блудного сына. В прошлом году после очередного такого визита в милицию пропал младший сын Газиевых – в РОВД заявили, что до них он не дошел. А недавно Рамзану, 73-летнему отцу семейства, было сказано, что он вместе с родителями других боевиков будет отправлен в горы, в качестве живого щита для силовиков.

«Мне там один военный, молодой парень, ухмыляясь сказал: «Пусть они лучше по вам стреляют, чем по нам. Это же вы их породили». Нет, сказал я ему, это вы его таким сделали. Вы своим беспределом заставили его взяться за оружие. Мой сын не был таким, он был самым добрым и чистым из всех людей, кого я знал», – рассказывает Рамзан.

«В Чечню я больше не вернусь, – говорит старик. – Хватит, натерпелся. Умру, пусть похоронят здесь, земля обширна, пара метров для меня найдется, наверное».

Но никакой гарантии, что старому Рамзану удастся дожить свой век в австрийской тиши, нет. Только на прошлой неделе в московском аэропорту Домодедово приземлился самолет из Вены –  с очередной группой беженцев из Чечни, которым было отказано в убежище.

Среди чеченской диаспоры курсируют слухи, будто бы в ближайшее время австрийские власти намерены депортировать еще тысячу человек и что выселению подлежат даже те, кто ранее официально были признаны политически преследуемыми и получили так называемый «позитив».

Молчание – знак согласия?

Взбудораженные этими слухами,  на днях около тысячи австрийских чеченцев вышли на митинг протеста. К чеченцам, собравшимся на площади перед венским вокзалом Вестбанхоф, присоединились политики из «Зеленой партии», традиционно выступающей против депортаций мигрантов, венские антифашисты, а также беженцы из других стран.

Зигфрид Шольц, представляющий молодежное крыло «Зеленой партии», уверен, что столь массовая акция беженцев, маршем прошедших через центр Вены к местному парламенту, не останется без внимания властей. «Нельзя сказать, что одним митингом или маршем можно решить все проблемы, или ожидать, что с сегодняшнего дня прекратятся депортации, – говорит он. – Но если чеченцы не будут выходить на улицы, если они не будут громко заявлять о том, почему они бегут со своей родины, то их молчание будет лишь подтверждать информацию о том, что они бегут не от войны. Как говорится, молчание – знак согласия», – говорит он.

В самом деле, надеяться на то, что новая политика австрийских властей, повернувшихся спиной к проблемам беженцев, так быстро изменится, не приходится. Пока продолжается экономический кризис, в стране всегда будут сильны голоса популистов, набирающих политический вес, утверждая, что беженцы, которых якобы никто на родине не преследует,  лишь зарятся на местную колбасу.

Но и в то, что чеченцы в скором времени перестанут бежать из самой безопасной республики в мире, трудно  поверить. Вчера мои знакомые встречали на одном из венских вокзалов две семьи, всего лишь пять дней назад покинувших Чечню. Две женщины и семеро детей, мечтающих найти счастье в этом тихом альпийском раю, где мало кто рад их видеть.

Автор: Майнат Абдулаева

Комментарии 9