Просвещение

По правде о ваххабизме

С именем Аллаха, Милостивого Милосердного!

Предисловие редакции

В конце восьмого века от хиджры исламский мир достиг последней ступени в своём упадке. Двери иджтихада, знания и мысли были закрыты уже давно и положение вещей было устрашающим. И уже в начале двенадцатого века от хиджры, этот упадок достиг такой степени, что даже в душах неверующих шевельнулась жалость. Они растерялись, сравнив положение мусульман в этот период с их положением во времена сподвижников.

Американский писатель Стоддарт сказал: «Что же касается религии, то её окутало чёрное покрывало, и единобожие, которое проповедовал обладатель послания (Мухаммад, да благословит его Аллах и приветствует) густо обросло суевериями и покрылось толстыми плёнками суфизма. В мечетях почти не стало молящихся, зато увеличилось число невежественных проповедников, и множество нищих ходили от места к месту, обвешанные талисманами, амулетами и чётками, внушая людям ложь и сомнения, и побуждая их совершать паломничество к могилам святых и приукрашивая в глазах людей испрашивание заступничества у покоящихся в могилах. И люди пребывали в неведении относительно достоинств Корана, и повсеместно распространились спиртные напитки и опиум. Распространился порок, и установленные религией запреты нарушались без страха и стыда. Благословенную Мекку и Пресветлую Медину постигло то же, что и другие мусульманские города, и священный хадж, который Аллах предписал совершать каждому мусульманину, имеющему такую возможность, превратился в обыкновенный балаган. В общем, мусульмане перестали быть мусульманами и пали столь низко, что если бы обладатель послания вернулся в этот мир в ту эпоху и увидел это печальное зрелище, он непременно разгневался бы и проклял бы заслуживших проклятие мусульман подобно тому, как проклял он вероотступников и идолопоклонников» [2]

Амир Шакип Арслан говорил: «Если бы мудрый философ или талантливый историк, видящий все недуги общества, решил поставить мусульманам этой эпохи диагноз, он бы не смог не согласиться с тем, что сказал американский писатель Стоддарт». [3]

Если вас не утомит, послушайте ещё одну историю, написанную другим западным комментатором: «В восемнадцатом веке чувства мусульман остыли, и номинальный халиф лишился силы, так что жители южных областей не признавали его власть, а жители Йемена вышли из-под его контроля ещё несколько веков назад. А влиятельные люди Мекки противоречили своему правителю больше, чем христиане. Что же касается единства направления, которое наблюдается сейчас, то в те дни оно почти не ощущалось. Если говорить о духовном центре — Мекке, то там господствовала роскошь и изнеженность, и можно было обнаружить расположение и симпатию к чему угодно, но только не к воздержанности, равнодушию к мирским благам и благочестию… И это притом, что они своими глазами видели, как англичане завоёвывают Индию. И войска неверующих ступили на землю турок… Однако арабы почти не замечали этих событий. Что же касается гнева и желания отомстить, которое демонстрируют сегодня мусульмане по отношению к Великобритании, Франции и России, то в те времена ничего подобного не было. А поскольку не было гнева, не было и благородного пыла, — что уж там говорить о призыве к исламу! В заключение можно сказать, что ислам двигался в сторону упадка. Что же касается подъёма, которого достигли исламские течения в Африке и Китае в девятнадцатом веке по христианскому летоисчислению, то ничего подобного никто не мог ожидать в те дни». [4]

Вместе с тем положение в Неджде — сердце Аравийского полуострова — было ещё хуже. Самое малое, что можно сказать о нём — это то, что жители Неджда достигли дна в своём нравственном упадке и перестали различать добро и зло в своём обществе. Языческие убеждения утвердились в их сердцах за прошедшие века, и очень многие люди считали, что эти суеверия и есть правильная, настоящая религия, и они совершенно не были готовы к тому, чтобы хоть на шаг отойти от того, чего придерживались их отцы, вне зависимости от того, правильно это было или неправильно.

В аль-Джубайле (Вади Ханифа) поклонялись могиле Зейда ибн аль-Хаттаба, в ад-Дир‘ие также были подобные могилы и усыпальницы, приписываемые некоторым сподвижникам. Это были центры языческого поклонения в Дехне. В Вади Губайре стояла могила Дырара ибн аль-Азвара. С этим сооружением было связано много мифов и нововведений. Не описать пером то, что делали юноши и девушки со старым деревом в аль-Фида. Женщины, страдавшие бесплодием, шли к этому дереву, чтобы попросить у него детей, а у пещеры близ ад-Дир‘ии совершались непристойные деяния и мерзости!… Продолжать можно бесконечно. [5]

И всё это совершалось под именем религии, а люди, которые хоть что-то    знали о фикхе и хадисах (их было крайне мало) не находили в себе силы, чтобы бросить вызов (этомуязычеству) и побуждать к одобряемому и удерживать от порицаемого.

Если говорить о политической ситуации, то и она была по-настоящему плачевной. Гражданская война вспыхивала время от времени во всех концах Неджда. Бану Халид контролировали северную часть Неджда (Джабаль-Шамр). Там проживали племена Тайй и Хаса. А в ад-Дир‘ие было племя ‘Анза, старавшееся укрепить свою власть. А в Манфухе близ ад-Дир‘ии заправляли дауситы. Несмотря на маленькую площадь области, Неджд был поделен на несколько мелких государств и эмиратов. [6]

В эти тёмные времена, погрязшие во мраке омерзительных деяний, обратил свой взор Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб, открыл глаза.

И поднялся, призывая к религии Аллаха и следованию за Его Посланником, да благословите его Аллах и приветствует: «Я не призываю — и хвала Аллаху! — к мазхабу какого-нибудь суфия, факыха, приверженца калама или возвеличиваемого имама, наподобие Ибн аль-Каййима, аз-Захаби, Ибн Касира и других. Но я призываю к одному лишь Аллаху, у Которого нет сотоварищей. И я призываю к Сунне Посланника Аллахада благословите его Аллах и приветствует, следовать которой он велел и первым поколениям своей общины и последним. И я надеюсь, что никогда не отвергну истину, пришедшую ко мне. И я призываю Аллаха в свидетели, а также Его ангелов и все Его творения, что если придёт к нам от вас слово истины, я непременно приму его, но отброшу в сторону все слова имамов, противоречащие ей (Сунне), потому что только Посланник Аллаха,да благословите его Аллах и приветствует, не говорил ничего, кроме истины…» [7]

Следовательно, шейх Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб заслуживает справедливого и беспристрастного отношения с нашей стороны, поскольку он не говорил и не делал ничего, кроме того, что заслуживает не просто справедливой оценки, но и поддержки, и обращения к Аллаху с мольбами за него. Он не принёс ничего нового, он не изобрёл ничего от себя. Он основывался на Книге Аллаха, к которой не подберётся ложь, и на Сунне Его Посланника, да благословите его Аллах и приветствует.

В призыве шейха Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба (да помилует его Аллах) нет никакой запутанности и неясности, и нет философии. Этот призыв так же ясен, как и сам ислам. Этот проповедник следовал в своём призыве за Посланником Аллаха, да благословите его Аллах и приветствует,и его благородными сподвижниками и праведными предшественниками из числа членов мусульманской общины. Он многое перенял от своих предшественников — мусульманских учёных, особенно от шейха ислама Ибн Таймиййи(да помилует его Аллах), который участвовал в джихаде на пути Аллаха. Следуя их примеру, он вернул людей к Корану и Сунне и отстоял ‘акыду Ахлю-с-Сунна ва-ль-джама‘а. Их влияние хорошо заметно в призыве шейха Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба, главной осью которого был призыв к признанию Единственности Аллаха, как Господа и Бога, и Его Единственности в обладании совершенными именами и качествами. Он также призывал не обращать ни один из видов поклонения к кому-то    или чему-то помимо Аллаха. Это основа призыва всех посланников (мир и благословение Аллаха им всем), в том числе и последнего из них и их предводителя — нашего Пророка Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, который усердствовал ради Аллаха истинным усердием, дабы люди поклонялись только Аллаху. Всевышний Аллах сказал: «Мы не посылали до тебя ни одного посланника, которому не было внушено: „Нет божества, кроме Меня. Поклоняйтесь же Мне!“ [8]»

Это и есть цель сотворения Аллахом всего сущего. Как сказал Всевышний Аллах:«Я сотворил джиннов и людей только для того, чтобы они поклонялись Мне»[9]

Шейх Мухаммад ибн ‘Абду-ль-Ваххаб (да помилует его Аллах) был дальше всех людей от огульного обвинения людей в неверии, крайностей и чрезмерности, чем кто-либо    другой, и в его книгах и письмах можно найти множество доказательств этому [10]. В их числе и слова шейха, сказанные им в свою защиту после того, как его необоснованно обвинили в том, что он якобы считает мусульман, отклонившихся от прямого пути, неверующими. Шейх (да помилует его Аллах) сказал: «И я не считаю никого из мусульман неверующим по причине греха, и не считаю его вышедшим из ислама».

Он также сказал: «Есть среди нас люди, утверждающие, что я якобы считаю неверующими всех людей, кроме тех, кто последовал за мной, и утверждаю, что их браки недействительны… Как удивительно! Как может прийти такое в голову разумному человеку? Разве может сказать нечто подобное мусульманин или даже не мусульманин, знающий или даже умалишённый?..».

Шейх в своей программе объединил переданное (аяты и хадисы) с разумом, потому что слепое следование мнениям определённого мазхаба и отдаление от Откровения, переданного нам, это и есть косность. Он возвращает мнение к ‘акыде и идею — к основе, несмотря на то, что это лишь усилие (иджтихад) человеческого разума… Шейх разъясняет свою программу, основанную на необходимости исходить из достоверного доказательства, переданного нам, а не из слепого подражания и  «традиционного» мышления, которые в течение нескольких веков господствовали в мусульманской общине. Программа шейха предполагала открытие дверей иджтихада, основанного на переданном нам доказательстве при полном уважении к имамам мазхабов и их иджтихадам, при условии, что их иджтихады не являются препятствием для иджтихадов остальных учёных-имамов остальных эпох. Шейх кратко излагает основные положения своей программы в следующем высказывании:«Между мной и вами нет разногласий в том, что если учёные достигли единодушия в каком-либо вопросе, следование им в этом вопросе становится обязательным. А если они разошлись во мнениях, то обязан ли я принимать истину от того, кто принёс её? Или же я должен принимать мнение кого-то из них без всяких доводов и утверждать, что истина в его словах? Ты выбрал второе. Но это как раз то, что Аллах осудил и назвал ширком — превращение учёных в господ… Я же придерживаюсь первого, призываю к нему и отстаиваю его в дискуссиях».

Той же программе шейх следовал в своём отношении к мнениям ученых ханбалитского мазхаба, которым он в основном следовал, при условии их чёткой обоснованности(текстами Корана и Сунны). Если внутри мазхаба обнаруживалось несколько мнений, например, когда от самого имама Ахмада передавалось два мнения или его последователи высказали несколько мнений, то шейх говорил: «Если мнение последователей Ахмада отличается от мнения самого Ахмада, мы говорим, что данный вопрос следует возвращать к Аллаху и Его Посланнику (то есть к Корану и Сунне), а не к словам Ахмада и не к словам его последователей. Что же до твоего утверждения: мол, у каждого свои доказательства, то достоверные доказательства не противоречат друг другу, а, напротив, подтверждают друг друга. Однако бывает, что один из них допускает ошибку в доказательствах: либо приводит в качестве доказательства недостоверный хадис, либо приводит достоверный текст, однако неправильно понимает его».

Почему же некоторые люди намеренно поступают несправедливо по отношению к этому человеку?

Могу сказать, что несправедливы по отношению к шейху две категории его оппонентов. К первой категории относятся люди, которые не знают истинной сути этого призыва. Всё, что они знают, — неверные сведения, полученные ими от врагов призыва, которые прилагают усилия для того, чтобы испортить репутацию, как самого призыва, так и его основателя и его последователей и их государства. В действительности, такие оппоненты стали жертвами пропаганды, направленной против призыва, прежде чем стать оппонентами для самого призыва. Эти заблудшие оппоненты нуждаются в тех, кто сказал бы им правду о саляфитском призыве, дабы они изменили своё негативное отношение к нему.

Ко второй категории оппонентов относятся те, кто знает правду о саляфитском призыве, однако относятся к нему и его последователям враждебно, по причине фанатизма и личной испорченности, злобы и зависти, нежелания блага другим и стремления быть на виду, а также нежелания думать о возможных последствиях. Для этой категории оппонентов нужны люди, которые дали бы им достойный ответ.

Нет ничего необычного в том, что оппоненты набросились на него — именно так, всегда, во все времена поступают слабые люди, следующие своим страстям и имеющие корыстные цели. Важно отметить, что он не вёл войну против них — это они стали бороться с ним. И он не пытался изгнать их из их земель, а они изгнали его из родных мест и заставили его переезжать с места на место в поисках убежища и великого человека, крепко стоящего на ногах в этом мире, чтобы соединить свою религию с его мирскими благами и исправить его жизнь посредством своей религии, дабы он защищал призыв, его основы и его последователей. И он нашёл такого человека. Он поверил в его правдивость и встал плечом к плечу с ним и позади него и предрёк ему царство, и предречённое им исполнилось, да так, что никто не мог себе прежде даже представить это. И вместе с тем, он не потребовал для себя власти и не изъявил желания стать соправителем — он не желал ничего, кроме награды от Аллаха.

Они притесняли его и до сих пор относятся к нему несправедливо. Однако благодаря помощи Аллаха и благодаря усилиям верующих, основы этого призыва распространились по всему миру, подобно лучам солнца, которые распространяются утром, вытесняя ночной мрак.

Способный видеть увидел эти лучи, а тот, кто слеп, не заметил их. Тот, кому Аллах помог в этом, смог увидеть силу этого призыва и проанализировать всё точно и беспристрастно.

Для тебя, о читатель, уважающему свой разум, беспристрастно и справедливо относящемуся к себе, адресовано это послание…


[1] Это движение известно под названием «ваххабизм» среди тех, кто не является его последователями и не знает его истинной сути. Это описание было впервые дано движению его противниками, которые называли его так издевательски, демонстрируя пренебрежительное отношение к нему, будто ставя клеймо. Они утверждали, что это течение, которое является нововведением в исламе, или «пятый мазхаб». Это несправедливость и притеснение.

Это название не одобрялось последователями призыва и не было распространено среди них. Тем не менее, современное обновленческое саляфитское движение стало называться этим словом — причём не только его противниками, но и некоторыми его последователями, а также людьми, которые поддерживают его, и теми, кто относится к нему справедливо и беспристрастно.

Это причина того, что призыв и его последователи оказались окутанными толстым покрывалом лжи и мифов. Последователи призыва не считают правильным ни название«ваххабизм», ни связанные с ним ложные утверждения. И у них имеются на то многочисленные и весомые причины, связанные с Шариатом, религиозным знанием, программой (манхадж), причин объективных и связанных с реальностью. Все они сводятся к тому, что призыв шейха представляет собой воплощение истинного ислама, принесённого Пророком да благословит его Аллах и приветствует, и программы наших праведных предшественников из числа сподвижников, их последователей и всех, кто следовал прямым путём. Следовательно, называть этот призыв как-то    , кроме «ислама» и  «Сунны», — явная ошибка и отвергаемое нововведение.

[2] «Современная действительность исламского мира», с. 34. Перевод с английского ‘Аджжаджа Нувайхида.

[3] «Современная действительность исламского мира», с. 34.

[4] Хогарт, «Аравийский полуостров», 1904 год.

[5] Основные нововведения, распространённые в те времена, упоминаются во всех трудах по истории Неджда, и тот, кто желает подробнее изучить эту тему, может обратиться к следующим книгам: 1 — «Раудат аль-афкар ва-ль-афхам ли-муртад халь аль-имам ва та‘аддуд газават зави-ль-ислям» шейха Хусейна ибн Ганнама, с. 7–16; 2 —» ‘Унван аль-маджд фи тарих Неджд» ‘Усмана ибн Бишра ан-Наджди 1228 г.х.), с. 6. Эти книги считаются главными трудами по истории Неджда.

[6] Можно сказать, что Неджд делился на три большие области: 1 — Северо-западная область, к известным городам которой относился Хаиль и Каср; 2 — Северо-восточная область, которая называлась Касым, к известным городам которой относились ‘Унайза и Бурайда; 3 — Южная область, которую называли ‘Арид и самым известным городом которой был эр-Рияд.

[7] Собрание сочинений Мухаммада ибн ‘Абду-ль-Ваххаба, раздел пятый «Личныепереписки», с. 252.

[8] Сура 21 «Пророки», аят 25.

[9] Сура 51 «Рассеивающие прах», аят 56.

[10] Не так давно доктор Мухаммад Хишам Тахири собрал соответствующие слова шейха и его учеников в докторской диссертации под названием «Высказывания имамов исламского призыва, противоречащие мазхабу хариджитов и опровергающие его». Напечатана в 2009 году.

Комментарии 2