Общество

Евразия наций против евразийского КапСовка. Ответ Раису Сулейманову

 

Вдумчивый читатель, прочтя статью Раиса Сулейманова «Русские мусульмане пошли на союз с татарскими национал-сепаратистами» на АПН, несомненно, окажется в когнитивном диссонансе. И дело даже не том, что в небольшом тексте автор умудряется допускать кричащие противоречия, которые можно объяснить либо тяжелыми проблемами с логикой, либо элементарной моральной нечистоплотностью.

Так, свою статью он заканчивает утверждением, что «союз сторонников «исхода русских из национальных республик» теперь окончательно закрепился уже в виде этого меморандума» (имеется в виду Меморанду о взаимопонимании между СТМ «Азатлык» и Национальной Организацией Русских Мусульман. И этом при том, что начинал он ее следующей цитатой из самого Меморандума, в котором одной из целей декларируется «обеспечение …прав национальных меньшинств на симметричных принципах». Возникает вопрос, зачем Сулейманов выбрал для цитирования в своей статье этот небольшой пассаж из Меморандума, опустив другие, видимо, еще более неудобные для него, но могущие вызвать поддержку и понимание читателя фрагменты, если в конце этой статьи он приписывает оппонентам нечто, прямо противоречащее заявленному ими (стороны ясно утверждают, что права татарских меньшинств в русских землях и русских в Татарстане должны защищаться одинаково, а Сулейманов обвиняет их в желании организовать «исход русских»)?

Схожее недоумение возникает, когда объявив НОРМ и “Азатлык” маргиналами, несколькими строками ниже он приводит цитату, описывающую их союз следующим образом: «горючая смесь татарских национал-сепаратистов и русских исламистов неизбежно (!, - В.С.) работает на развал России». Так все-таки маргиналы или столь могучие силы, что их союз неизбежно приведет к развалу России, г-н Сулейманов?

Но главный диссонанс у читателя, конечно, должен возникнуть не от этих второстепенных противоречий. Куда больше его, на первый взгляд, должна удивлять сама интрига статьи: Сулейманов защищает русских от Сидорова, защищающего татар. “O tempora, o mores”, - воскликнет изумленный читатель, списав такие парадоксы на превратности постмодерна, господствующего на дворе в наше время.

Впрочем, к реалиям постмодерна надо привыкать, в том числе, в вопросе национально-конфессиональных отношений. Тем не менее, даже приняв во внимание и их, конфликт Сулейманова с Сидоровым не становится более ясным: Сидоров-то открыто называет себя мусульманином и публично защищает интересы Ислама, посему, в защите им мусульман-татар от россиянской ассимиляторской политики, неизбежно ведущей к утрате исламской идентичности этого народа, нет ничего удивительного, с точки зрения его религиозной идентичности (о национально-политической будет сказано дальше).

А вот кто такой Раис Сулейманов, ведущий антитатарскую пропаганду с позиций защиты православных русских и кряшенов? Если бы он позиционировал себя православным русским, православным татарином или кряшеном, все бы встало на свои места – человек защищает интересы своей конфессиональной общности, как тот же Сидоров защищает интересы Ислама, все логично, вопросов нет.

Проблема, однако, заключается в том, что Сулейманов публично заявляет о себе именно как о “татарине-мусульманине”, что вызывало недоумение еще тогда, когда он начинал лоббировать интересы Израиля в компании с группой «Татары за Израиль», и вызывает не более чем саркастическую улыбку сейчас, когда он открыто объединился с самыми отпетыми исламофобами и участвует в антитатарской медийной травле.

На мой взгляд, конечно, никаким мусульманином и татарином он не является. Я имею в виду не то, что он о себе думает и говорит – это его право, по российской конституции, и не его реальное происхождение, а прежде всего то, как сознательно выбранная им позиция соотносится с религией Ислам и интересами татарской нации. С точки зрения Ислама, Сулейманов, вставший в идеологическом противостоянии на сторону его врагов, является или муртадом (отступником от Ислама) или мунафиком (лицемерно заявляющим о своей принадлежности к Исламу), если, конечно, исходить из того, что он психически вменяем. Едва ли и, с точки зрения татарской нации, можно считать ее частью человека, добивающегося национально-политического демонтажа татарской государственности, неизбежно ведущего к окончательной ассимиляции татар в течение ближайших поколений.

Так вот, я не знаю, почему объявляя себя мусульманином и татарином, Сулейманов ведет активную деятельность, опровергающую его самоидентификацию. Но в ответ на его поклеп я решил объяснить, почему как русский мусульманин занимаю именно ту позицию, которую занимаю, в частности, являясь сторонником с татарскими национально-исламскими силами.

Что касается мусульманина, тут, я думаю, особых комментариев не требуется, ибо моя позиция открыта и моя религиозно-политическая деятельность полностью совпадает с моей религиозно-политической идентификацией. Единственное, хочу отметить, что Меморандум НОРМ-Азатлык показателен в этом смысле тем, что он запускает процесс консолидации «движений, сочетающих в своей деятельности приверженность Исламу, с одной стороны, и сохранению национальной идентичности, с другой стороны», которые открыто заявляют, очень важные вещи: «Ислам не лишает людей и народы права на их национальную идентичность, более того, что именно сохранение национальной самобытности мусульманских народов во многом является условием сохранения и возрождения подлинного Ислама. Мы считаем, что распространение идей т.н. «чистого ислама» несет с собой угрозу не только национальной идентичности мусульманских народов, но и правильному исламскому вероубеждению и поклонению, сохранившимся у этих народов в рамках традиционных суннитских школ и мазхабов. Мы также заявляем, что Исламский мир должен восстановить свое единство как совокупность мусульманских народов и общин, а не на принципах безродного интернационализма, проповедуемого сектантами, представляющими несуществующий псевдо-халифат». Таким образом, здесь на уровне союза русских и татарских национально-исламских сообществ заявляется о создание альтернативы тому безродному интернационалу (интернацизму), что определяет настроение и поведение значительной части российских мусульман.

Теперь о русских интересах. Мне, Сидорову, в отличие от Сулейманова, бить себя кулаками в грудь и кричать о Великой России, уже давно неинтересно: я сам был участником русского националистического движения с 1992 по 1999 гг, движений этих сегодня сколько угодно, и в них кого только и с какими только фамилиями не встретишь, но важно не это.

Важно то, что, даже по официальной статистике, русские непрерывно – при Путине, как и при Ельцине – продолжает вымирать по миллиону человек в год, с той разницей, что при жиреющем на нефтедолларах путинизме их активно замещают мигрантами с Юга (Кавказ на втором месте, на первом – Средняя Азия). Русские в этих условиях теряют не только территории, которые еще недавно считали своими, как Ставропольский край, не только крупные города – последнее происходит и с титульными нациями на Западе. Что гораздо более драматично, в отличие от той же Европы, где в большинстве стран сохраняется национальная провинция и деревня как демографический оплот титульного этноса, в России размывается, разваливается и замещается и они.

Еще двадцать-тридцать лет такой политики и произойдет растворение растаявшего русского этноса в новом евразийском мультирасовом бульоне, причем, окончательное и бесповоротное, когда в отличие от СССР уже нельзя будет выделить какую-то территорию, где русские сохранили бы преобладание и создать на ней русскую республику, разве что, такие будут иметь локально-очаговый характер.

Но страусиное русское сознание в этой критической ситуации либо прячет голову в песок и занимает позицию, «ничего страшного, все мы русские, главное, чтобы в этой общности преобладали русский язык и культура», либо беспомощно и рефлекторно переводит стрелки с причин и главных виновников русского этноцида на их следствия и выгодоприобретателей: азиатов, кавказцев, евреев, ваххабитов, исламистов и т.д. Лишь немногие осмеливаются взглянуть правде в глаза и признать, что проблема в самой культурно-исторической специфике России, для которой русский этнос всегда был и остается только расходным топливом, и которая так и не стала русским национальным государством, проскочила эту стадию, судя по всему, безвозвратно. Но и они в большинстве случаев легко становятся жертвами того, что я называю «политическим ДНК русского», то есть, «разводок» на «русском вопросе», когда даже понимающие в общем-то, что к чему русские националисты все равно с легкостью сплачиваются вокруг (русоедского) государства и его великодержавной риторики против «внешних и внутренних врагов» при малейшем реверансе в сторону «государствообразующего русского народа» и спекуляциях на тему «защиты русских».

Именно эту функцию и играют казенные «защитники русских» вроде Сулейманова, Силантьева, Амелиной и Ко. От кого же они «защищают русских» - от режима, ведущего политику их вымаривания, замещения и растворения в «новой исторической общности»? Отнюдь, когда полгода назад этой власти возникла реальная угроза, все они встали на защиту «стабильности» (цена которой минус миллион русских и плюс миллион нерусских в России в год, опустошение и заселение русских территорий, исход из страны молодых и талантливых людей и т.д.) и метали громы и молнии против «белоленточников», скопом записывая их всех во враги России, даром, что среди них было немало русских националистов. А стало быть, защищают они не русских, а антирусский режим, систему, без устранения которых невозможно само решение задачи сохранение русского этноса и хоть какой-то его (именно его, только его!) этнической территории, переводя стрелки на удобные провокационные темы «защиты русских» в Татарстане, на Кавказе, Прибалтике, Украине, где угодно, только не в самой России, не в ее тающем русском ядре, захваченном химерой, на службе которой находятся все эти «защитники русских».

В этих условиях, когда в стране воцарился режим периферийного империализма, сочетающего рентно-паразитическую экономику с неосоветскими великодержавными амбициями, наиболее серьезными препятствиями на пути машины этого КапСовка, перемалывающего все автохтонные этносы Северной Евразии, являются, увы, не дезориентированные, легко манипулируемые имперскими амбициями русские, а консолидированные как нации народы, способные формулировать и отстаивать четкую национальную повестку.

В первую очередь, это коренные народы Поволжья, которые в условиях жестокой и неизбежной демографической поляризации как народы Севера находятся по одну сторону с русскими и по другую сторону по отношению к мигрантам с Юга. Нам всем угрожает замещение и растворение, и эта угроза очень четко сформулирована в Меморандуме НОРМ-Азатлык, о чем Сулейманов умолчал – стороны высказались против «массовой замещающей миграции, лишающей народы среды их этнического обитания, разрушающей сложившийся расово-этнический состав населения и провоцирующей межнациональную ненависть и конфликты».

Однако ситуация у татар, башкир и угрофинских народов еще более драматична, чем у русских, точнее, если у русских есть еще иллюзия того, что их много, то у патриотов всех этих народов иллюзий нет, потому что помимо отрицательной демографической динамики и угрозы замещения мигрантами с Юга, не менее, а может быть, более серьезной угрозой для них является ассимиляция в результате исчезновения их языка, культуры и т.д.

Казалось бы, последнее – явный повод порадоваться русским патриотам. Но радоваться, даже если отбросить в сторону этические соображения, русским уже давно нечему. Если когда-то были времена, когда русификация и ассимиляция малых народов означали их растворение в многочисленном, могучем русском племени, то сегодня в условиях депопуляции и размывания самого русского этноса «русификация» автохтонов Северной Евразии означает их растворение в одном цементе с русскими для складывающейся де-факто мультирасовой евразийской нации, как бы она ни называлась.

Но об этом русских их прозорливые национальные теоретики предупреждали еще тогда, когда за демографическое состояние (количество и качество) русского племени волноваться еще не было причин. Так, Лев Тихомиров предупреждал, что принудительное обрусение нерусских в итоге обернется дерусификацией самих русских. Ему вторил идеолог русских националистов начала XX века Михаил Меньшиков: «Задача обрусить всё нерусское и оправославить всё неправославное потому уже нелепа, что совершенно непосильна для России. Ни одному племени не удавалась наложить в полноте свой облик на другое племя; даже железный Рим лишь слегка латинизировал Францию и Испанию, но не сделал там новых римлян. В попытках объединить свет Рим кончил крушением своей веры и своего государства. «Обрусить всё не русское» значит разрусить Россию, сделать её страной ублюдков, растворить благородный металл расы в дешёвых сплавах». Чуть позже, уже осмысляя причины коммунистической катастрофы, академик С.Б.Веселовский писал: «Одной из главных причин, почему Россия оказалась колоссом на глиняных ногах, который так неожиданно для многих пал с такой сказочной быстротой, мне кажется то, что мы во время величайшего столкновения народов оказались в положении народа, еще не нашедшего своей территории. То есть: мы расползлись по огромной территории, не встречая до недавнего времени на своем пути сильных соседей-врагов, растаскивали, а не накопляли хозяйственные и духовные свои богатства, и истощили основное ядро государства – великорусскую ветвь славян – на поддержание колосса на глиняных ногах».    

Разве не это мы наблюдаем в наши дни? Русский язык почти вытеснил все остальные языки в России, но при этом он давно перестал быть национальным языком русских. Больше того, именно пользуясь этим языком, перешедшие на него народы уже давно теснят самих русских: и на верху, и в малом и среднем бизнесе, и в городах и весях русских регионов России.

Какой из этого следует вывод для любого трезво и ответственно мыслящего русского?

Первое – мы находимся в одинаковом демографическом положении с народами Севера Евразии перед угрозой вымирания, замещения и растворения. Второе – мы не только не заинтересованы в их растворении в нас, что станет прелюдией к нашему общему растворению в Юге, напротив, мы заинтересованы в их ренационализации, которая будет способствовать нашей ренационализации и в итоге союзу автохтонных национализмом на платформе Евразии Наций.

Именно поэтому в Меморандуме не в одностороннем порядке поддерживается «татарский национал-сепаратизм», но говорится: «Мы стремимся к диалогу и взаимодействию здоровых русских и татарских национальных сил на принципах национального самоопределения татарского и русского народов. Татарстан является территорией самоопределения татарской нации, так же и русская нация должна самоопределиться на территории краев и областей Российской Федерации, что сделает возможным нормальное сосуществование национальных республик и обеспечение в них прав национальных меньшинств на симметричных принципах».

Именно на этих принципах мы поддерживаем “Азатлык” и другие национальные движения коренных народов Северной Евразии. Считать ли их сепаратистами? А если и так, то разве не такая же “сепаратистская” повестка дня стоит сегодня перед русскими, которым в условиях невозможности национализации всей России (мне лично это давно очевидно), чтобы выжить как этносу, а не цементу новой евразийской нации, самим надо «сепарироваться» - если не отделиться от России, то хотя бы закрепить для себя в ней этническую нишу и роль, хоть какую-то и хоть где-то – выбирать уже скоро не придется. А раз так, то почему бы вместо того, чтобы позволять себя разводить и сталкивать лбами всякого рода мутным «защитникам русских», не заручиться в этом поддержкой своих соседей, других национальных движений?

И напоследок о русских мусульманах, которые, по Сулейменову, ставят себя вне русского общества.

Конечно, при понимании русских как цемента новой мессианской общности и цивилизаторской империи, призванной сдерживать и подавлять в Евразии «исламизм», Ислам даже у самих мусульманских народов может быть лишь временно терпимым, а в итоге должен быть устранен, ибо мешает их перемалыванию в однородную массу новой мультирасовой евразийской нации. Чего уж говорить о русских, принимающих Ислам, ясное дело, что в оптике всяких «исламоведов» и «стратегических исследователей» а-ля Сулейменов это «враги России», «предатели», с которыми церемониться нечего. Это как раз нынешнее, полуофициальное положение вещей, когда, как и другие опальные религиозные и политические группы, русские мусульмане оттеснены на периферию общественной жизни, фактически, находятся в полуподполье.

Но совершенно очевидно, что в правовом государстве, неважно, национальном или гражданском, никто не сможет запретить русским людям принимать и исповедовать Ислам, равно как и любую другую религию, оставаясь при этом полноценными гражданами России. Правда, когда в условиях отсутствия в России такого правового государства и гражданского общества происходит нагнетание межнационального антагонизма и охота на ведьм, многие группы и даже целые народы, будучи не в состоянии реализовать свои чаяния в свободной России, начинают всерьез рассматривать c этой целью построссийские альтернативы. И если исламоеды вроде Сулейманова так добиваются того, чтобы русские мусульмане стали изгоями в русском обществе, кто знает, не найдут ли они себе место в качестве отдельной национальной группы в том же Татарстане (шире – Идель-Урале)? Ведь добивается Сулейманов статуса отдельной нации для татар-христиан (кряшенов) - а чем русские мусульмане хуже?

Автор - Председатель НОРМ

Автор: Вадим Сидоров (Харун ар-Руси)

Комментарии 2