Их нравы

Сайт о татарах и для татар. Противопоставление, провокация или...

Что сегодня для татар важнее, татарская школа или мечеть?

Сделал в яндексе такой поисковый запрос: «фото татарских мечетей». Получил 27 тысяч картинок. Очень много добротных, красивых мечетей. Многие построины из кирпича, некоторые даже напоминают средневековые замки.

Если вспомнить, что после взятия Казани, Русское государство, на протяжении двухсот с лишним лет, вообще запрещало татарам строить мечети, то всему этому можно было бы только радоваться, но…. Но нас тут беспокоит другое.

     

 

Оказалось, что у сегодняшних, этих красивых, добротных мечетей есть принципиальное отличие от тех татарских мечетей, которые были построины сразу же, после появления в конце 18 века разрешения строить мечети и открывать медресе при них. Этим принципиальным отличием, является наличие при тех мечетях татарских школ, которые в разных документах называются по разному, татарскими училищами, татарскими мектебами и т.д.

В 70-х гг. ХVIII в. в Казани возникают два медресе – Ахундовское и Апанаевское, а в 1780 г.- медресе при доме Амирхановых. В конце ХVIII столетия появляются медресе в деревнях Кшкар, Менгер, Сатыш, Саба, Бурундук, Береска, Мензеля, Стерлибаш, Мачкаpa, Тайсуган, Ташкичу, Агерзе, Шырдан, а также в Уфе, оренбургских Каргалах и др. И вот немецкий ученый, путешественник И.Г. Георги, автор “Описания всех обитающих в Российском государстве народов” (1799) отмечает, что у татар во всякой деревушке имеется “особливая молебная храмина и школа”. Он же пишет, что в “казанских слободах и в больших деревнях есть подобные сим девичьи школы”.

К середине XIX в. только в Казанском крае насчитывалось 430 мектебов и 57 медресе. Татарские школы-мектебы были чуть ли ни при каждой мечети.при каждой мечети.



Некоторые конечно могут сказать, что мол, говоря о дореволюционной татарской школе, надо четко разграничивать медресе “старого” и “нового” типа, что до конца XIX в. (иногда и в начале ХХ в.) татарское медресе в своей основе носило только конфессиональный характер (т.н. “кадимистское”, “старометодное” медресе). Это были духовные учебные заведения, призванные готовить только богословов, знатоков мусульманского права и религиозных руководителей мусульманских общин.

Но так ли все было плохо? Ведь даже в этих, еще старометодных медресе, кроме традиционных программ, включавших изучение морфологии (сарф) и синтексиса (наху) арабского языка, логики (мантык), философии (хикмет), догматики (гакаид или калам), мусульманского права (фикх), были и светские элементы, которые проявлялись в таких предметах, как “Фараиз”, “Шамсия”, заключавших в себе математические сведения, трактат по логике – “Исагоги” (по Аристотелю), арифметика, сведения о браке, продаже, барыше, о закладке вещей, хифзысыххат (гигиена) и др.

Кроме того, отдельные мугаллимы вне программы преподавали некоторые светские дисциплины, богатые бибилиотеки позволяли пытливым шакирдам заниматься самообразованием. Вследствие всего этого наиболее даровитые ученики медресе были знакомы с классической литературой Востока, математикой, астрономией, медициной, риторикой, поэтикой, историей, географией.

Ведь все это было, и как доказательство этого можно привести слова тогдашнего инспектора татарских школ Казанского учебного округа В.В.Радлова (в будущем академик), которые он писал в1872 г.: “Умственное развитие шакирдов довольно значительно и, несмотря на всю односторонность их знаний, шакирды стоят умственно гораздо выше наших учителей приходских городских школ”. Обратите внимание, выше не только учеников, а даже учителей «наших» (русских) школ.

Выдающиеся татарские просветители, общественные деятели, историки, писатели Ш.Марджани, К.Насыри, Х.Фаизханов, Ш.Культяси, С.Кукляшев, М.Акмулла, Г.Махмудов, Г. Ильяси, Р.Фахрутдинов, Г.Баруди, Ф.Карими, Р.Ибрагимов и многие другие представители татарской интеллектуальной элиты вышли из кадимистских медресе. В них начинали образование Г.Исхаки, Г.Камал, Г.Тукай, Ф.Амирхан, С.Рамиев, М.Гафури, Ш.Камал, Г.Ибрагимов и др. представители татарской демократической культуры. Да, кадимистская школа была в своей основе конфессиональной. Но не надо забывать, что в дореволюционный период ни у одного народа России не было учебных заведений, в которых бы не преподавался “закон божий”.

Политика царского самодержавия была такова, что татары в течение столетий не могли иметь светские школы. Царизм делал все, чтобы увековечить отсталость татар, обречь их на бедность и прозябание, не допускать приобщения к передовым методам производства и хозяйствования, держать вдали от достижений науки и культуры.

Плодом именно такой политики явилась задержка царскими властями открытия татарских светских школ на целые столетия. В 1818-1880 гг. в высшие инстанции царского правительства было подано по меньшей мере 8 (известных нам) проектов об организации средней школы европейского типа для татар. Среди них были проекты В.В.Радлова, Ш.Марджани, Х.Фаизханова, Р.Фахрутдинова и др. Р.Фахретдинов, например, настаивал на открытии учебного заведения с двумя отделениями, в первом из которых преподавались бы “духовные”, а во втором – светские предметы, как-то: арифметика, геометрия, алгебра, география, философия, химия, астрономия, медицина, ботаника, история, логика, механика, право и др. Все тщетно. Тут надо особо выделить, что двое из этих, требовавших для татар татарских школ и с светским образованием, Ш.Марджани и Р.Фахретдинов, являются татарскими богословами, имамам, муфтиями. Про этот период, действительно можно сказать, что Ислам и исламские религиозные деятели, старались принести и приносили пользу для татарского народа, для татарской нации. За что им огромное спасибо.

А что мы видим, что имеем сегодня. Да, мечетей сегодня много, мечети сегодня красивые. Но, есть ли сегодня от этих мечетей такая же польза для татар, для татарской нации, которая была с конца18-го до начала 20 веков? Когда повсеместно закрываются татарские школы, когда татарам практически негде общаться на татарском(кроме как у себя дома), почему бы при мечетях не открыть татарские школы, для начала хотя бы с преподаванием татарского языка и татарской литературы. Уверен, что уважение к Исламу, от этого среди татар только поднялось бы. Но вместо этого, мы видим совершенно обратное. Даже те мечети, которые исторически были татарскими, в которых традиционно вели службу, читали вагазы на татарском языке, переходят на русский язык. Сегодня все чаще приходиться слышать, ни только от некоторых рядовых муслимов, но и от довольно авторитетных муфтиев, что Ислам не признает национальности, что Ислам не признает наши национальные татарские традиции и что службу надо лучше вести на русском языке, понятном для всех мусульман. Мол оставаться татаром, владеть татарским языком, соблюдать татарские традиции, иметь татарские школы вовсе не важно, главное быть правильным муслимом.

И тут, начинаешь задавать себя вопросы.

Почему государство вдруг так резко изменило свое отношение к Исламу, но не меняет отношения к татарам.

Почему все же планомерно закрывая татарские школы, упорно отказывая татарам в татарском образовании, ни только высшем, среднем, но теперь и в начальном, государство не оказывает такого уж сопротивления строительству мечетей.

Может оно поняло, что сегодня Ислам уже не стоит на охране татарской нации, не защищает его от ассимиляции, а наоборот, притупляет его национальное самосознание, превращая его уже в только русскоязычное «ни что», которое завтра уже себя, кроме как русским, никем считать не сможет, будучи даже, как бы настоящим муслимом.

Так что сегодня для татар более важнее? Татарская школа, способная сохранить татарский язык, татарскую культуру, да и самих татар, как ТАТАР или же татарам важен Ислам, не признающий сегодня национальности, отвергающий татарский язык, татарскую культуру, татарские традиции? Может ли религия, не желающая служить интересам конкретной нации, считаться основной для этой нации?

Или у татар должен быть все же свой Ислам, служащий национальным интересам прежде всего татар? Или сегодня татарам нужно уже взять себе что то другое, более татарское?

Комментарии 3