Их нравы

Министр МВД по РТ предлагает содержать религиозных экстремистов под стражей отдельно от остальных

Глава МВД Татарстана: «За два года в республике обезвредили 6 крупных террористических групп»

- Проблема экстремизма в этом году стала, как никогда актуальной. Покушение на духовных лидеров, предотвращенный теракт, ликвидация террористов. Ситуация в республике действительно непростая?

- По-моему, вопрос риторический. Причем, эта проблема возникла не сейчас, и не в последние два-три года. Мы пожинаем плоды процесса, начавшегося тринадцать лет назад с диверсий на нефтепроводах в Кукморском районе...

Потом были подрывы газопровода в Бугульме, взрывы на линиях электропередачи, подготовка к терактам на тысячелетие Казани, боевое столкновение сотрудников милиции с радикальными исламистами в Нурлатском районе, взрывы в Чистополе и на Высокой Горе.

Все эти годы мы в рамках данных нам полномочий совместно с другими силовыми структурами противодействовали распространению экстремизма. Только за последние четыре года в республике за совершение преступлений экстремистского и террористического характера были осуждены более 80 человек. Увы – наших усилий оказалось недостаточно.Наибольшую опасность представляют последователи салафизма. Но если раньше салафиты старались не привлекать к себе внимание, то теперь они открыто и активно участвуют в акциях протеста и стараются диктовать свою волю - это наглядно иллюстрируют митинги, которые они пытаются проводить в Казани.

Отдельная зона риска - представители радикально настроенной молодёжи, прошедшие специальную подготовку и получившие опыт ведения боевых действий. Жители Татарстана уже проявились в вооруженных столкновениях на стороне международных террористических организаций не только на Северном Кавказе, но и в Афганистане, Пакистане, Йемене.

Сейчас некоторые из уехавших возвращаются - идеологически обработанные, обученные владению различными видами огнестрельного оружия, минно-взрывному делу. Только за последние два года выявлена и пресечена деятельность шести вооруженных групп, действовавших в Казани и Чистополе, участники которых вели целенаправленную подготовку к совершению масштабных террористических актов.

По нашим данным, ряд уроженцев Татарстана сегодня участвуют в боевых действиях на стороне международной террористической организации «Талибан» в афгано-пакистанской зоне.

- Как продвигается поиск оставшихся на свободе участников «банды Мингалеева»?

- Мы работаем, без комментариев.

- Сколько по Вашим данным в Татарстане так называемых экстремистов/ваххабитов?

- Точную цифру называть вам не буду, но на учете – сотни человек, и, возможно, это только верхушка айсберга. Мы постоянно выявляем новых сторонников, и эта работа не прекращается ни на минуту.

- Вы согласны с утверждением, что на смену ОПГ пришли ОПЭГ (организованные преступные экстремистские группировки)?

- ОПГ, организованные преступные группировки никуда не делись. Да, собственно, мы никогда и не заявляли, что ликвидировали организованную преступность полностью. Процесс борьбы с ОПГ идет постоянно - вот сейчас, например, будет передаваться в суд дело так называемой «банды Фрола», продолжается рассмотрение в суде дела по ОПГ «Перваки». Здесь нельзя давать слабину: слишком быстро на зачищенной территории прорастают новые группировки.

Нельзя сказать, что экстремисты сегодня сменяют привычные «классические» ОПГ. Некоторые просто маскируются под исламистов и, прикрываясь идеологией радикального ислама, на самом деле занимаются банальным криминалом – рэкет, вымогательства, «крышевание», грабежи. Но есть и настоящие джамааты, порой достаточно многочисленные. За их действиями явно просматривается последовательное выстраивание четкой структуры. И действительно имеет место исламизация ряда организованных преступных формирований. Как пример можно привести группировки «БЭМовские» в Нижнекамске, «Байлангаровские» в Кукморе, часть группировок «Савинка» и «Новотатарские» в Казани, в которых ряд участников попали под влияние салафитов. Постепенно образовались автономные группы, по своей структуре и действиям не отличающиеся от других организованных преступных группировок, но с принципиальной разницей – члены группировки являются мусульманами, придерживаются салафитского течения в исламе.

- Как криминальные авторитеты «перекрашиваются» и становятся салафитами?

- Как правило, во время отбывания срока в местах лишения свободы. Один агитатор-экстремист за время своей отсидки может качественно промыть мозги, минимум, двум десяткам заключенных. Чтобы избежать подобного, необходимо содержать религиозных экстремистов под стражей отдельно от остальных. Мы сейчас подготовили соответствующий пакет предложений в Госсовет республики, чтобы тот, в свою очередь вышел с законодательной инициативой.

Комментарии 13