Политика

Генсек НАТО: "У нас нет военных планов в отношении Сирии"

Генеральный секретарь НАТО Андерс фог Рассмуссен – на канале “Евроньюс”. Заключительные этапы миссии НАТО в Афганистане, программа развертывания ПРО в Европе, ситуация на Кавказе. С главой НАТО беседовал корреспондент “Евроньюс” Андрей Бекетов.

АБ: “Господин генеральный секретарь, спасибо за приглашение в штаб-квартиру НАТО в Брюсселе. 11 сентября мир отметил очередную годовщину терактов в США, которые унесли 3 тысячи жизней. Начатая по следам терактов операция в Афганистане, цель которой – предотвратить подобные трагедии в будущем, привела к еще большим потерям в рядах коалиции. Сегодня афганские солдаты убивают американцев, которые их обучают. Огромны потери и среди афганского населения. Итак, все эти жертвы оправданны?”

АР: “Любая смерть – это всегда слишком. Признав это, мы должны вспомнить о цели международной военной операции в Афганистане. И вчера, и сегодня цель одна – не допустить, чтобы Афганистан снова стал надежным мирком для террористов, которые могут использовать эту страну как площадку для подготовки атак в отношении других регионов.С этой точки зрения операция в Афганистане успешна: с момента ее начала мы не слышали о терактах с афганским следом”.

АБ: “Не повторяет ли НАТО ошибок Советского Союза, в свое время недооценившего уровень сопротивления со стороны местного населения? И не ждет ли альянс подобный бесславный исход из страны?”

АР: “Нет, как раз наоборот. Мы хорошо усвоили уроки прошлого. Яркий пример – создание на месте эффективных афганских сил безопасности, которые со временем возьмут на себя поддержание порядка в стране”.

АБ: “Однако недоверие по-прежнему очень ярко выражено, к примеру, Баграмскую тюрьму перевели под управление афганских властей, но американцы по-прежнему сохранят там частичный контроль”.

АР: “Перевод заключенных в зону ответственности афганских властей – часть масштабного процесса по переложению поддержания безопасности на плечи афганцев. Но разумеется, при этом мы должны поддерживать адекватный баланс между соблюдением афганского суверенитета и интересами безопасности – нашими собственными и афганских сил”.

АБ: “Планы на период после 2014 года: подразделения НАТО вернутся в родные казармы, или же у них есть незавершенные миссии в других регионах?”

АР: “Решение об участии в других международных миссиях – к примеру, в операциях под эгидой ООН – принимаются членами Альянса в индивидуальном порядке”.

АБ: “Ну а Сирию вы рассматриваете?”

АР: “Нет, у нас нет планов по проведению военной миссии в Сирии. В отношении других регионов – тоже”

АБ: “Президент Путин допустил возможность компромисса по вопросу размещения ПРО в Европе в случае переизбрания Барака Обамы. В случае победы Ромни, считает он, проект будет направлен против России. Вы тоже связываете будущее программы с исходом выборов в США?”

АР: “Нет. Мы разъяснили Москве, что план создания ПРО в Европе не ставит целью атаковать Россию или подоврать ее стратегические позиции. Напомню,что Россия и НАТО 1997 году подписали документ – Основополагающий акт о двухсторонних отношениях. В нем ясно и четко говорится, что Россия и Североатлантический альянс не будут применять силу друг против друга. Мы верны нашим обязательствам. Я надеюсь и верю в то, что и Россия тоже”.

АБ: “Однако Россия ждет более твердых, обязывающих НАТО гарантий. Почему вы их не даете?”

АР: “Наилучшей гарантией для России будет ее конструктивное сотрудничество в выстраивании противоракетной обороны. Мы предложили создать совместные центры – с тем, чтобы Россия своими глазами увидела, что наша система не нацелена против нее”.

АБ: “Вы недавно призвали Россию к “максимальной прозрачности” в вопросе проведения военных учений, запланированных на сентябрь. Вы беспокоитесь о том, что учения пройдут вблизи грузинской территории и практически совпадут с тамошними выборами?”

АР: “Мы не против проведения учений, мы призываем к прозрачности, считая это основой взаимного доверия". 

АБ: “Итак, какова цель учений, где и как они будут проводиться? И каких данных вам не хватает? В чем дефицит прозрачности?”

АР: “Мы не получили никакой официальной информации от России и очень сожалеем об этом”.

АБ: “В НАТО, судя по всему, очень заинтересованы в том, чтобы Грузия стала членом альянса. Это, безусловно, еще больше раздражит Россию. Насколько далеко Альянс готов идти по дороге, которую Москва считает своей зоной интересов?”

АР: “Мы придерживаемся основополагающего принципа, прописанного странами евроатлантического пространства в хартии ОБСЕ в 1999 году. Там четко определено право каждого государства самостоятельно решать вопрос о присоединении к Альянсу. Надеюсь, Россия об этом помнит. Так что решение предстоит принимать Грузии. И эта страна уже подтвердила свой интерес. На саммите в Бухаресте в 2008 году Североатлантический альянс принял решение, что Грузия будет в его рядах. Если, конечно она выполнит необходимые условия”.

АБ: “И последний вопрос – об Армении. Вы только что побывали там. Возможно, вы видели антинатовские акции протеста. Не чувствуете ли вы определенную ответственность за то, что случилось с армянским военным, погибшим на тренинге НАТО в Будапеште?”

АР: “Это очень трагический эпизод. Позвольте только мне отметить, что я никаких антинатовских акций в Ереване не видел. Я видел выступления молодых, которые были несогласны с решением Азербайджана помиловать офицера Сафарова. Это ужасное преступление не следует прославлять. Я глубоко обеспокоен тем, что решение Азербайджана о помиловании этого офицера подорвет доверие и не будет способствовать стабильности, сотрудничеству и примирению в регионе”.

Комментарии 2