Среда обитания

Кавказ нуждается в молодых лидерах

Край долгожителей и мудрых стариков порой являет пытливому наблюдателю удивительные модели социальной активности в традиционном обществе. В наши дни, к примеру, невероятно актуализировавшей роль молодежи в политических процессах на Кавказе, молодые лидеры начинают занимать все более ответственные посты и позиции в обществе.

Из этой когорты молодых лидеров дагестанского общества наш сегодняшний собеседник – Абдулмалик Эмиргамзаев. Его путь уникален даже для видавшего виды Дагестана. Поскольку ему удалось возглавить администрацию собственного села Филя, что в Магарамкентском районе республики, практически сразу после окончания вуза. Даже до собственной свадьбы.

Наша беседа посвящена тому, что он успел сделать на этом посту, с какими проблемами сталкивается, и какие планы вынашивает на будущее

- Абдулмалик, сколько тебе лет?

-Двадцать шесть…

- Это непривычный для большинства случай, когда молодой парень становится главой администрации в таком возрасте.

- Я вступил на эту должность в 24 года. Я работаю с 25 октября 2010 года, это был понедельник. Накануне, в воскресение, я победил во втором туре выборов.

- Если отбросить ложную скромность, как в таком молодом возрасте появилась такая смелая мысль пойти на выборы?

- Вопрос интересный, на него коротко не ответишь. Я единственный сын в семье, родители мои преподаватели в школе. Они дали мне возможность учиться получать знания, я окончил школу с отличием, и уехал в Махачкалу. Поступил в педагогический университет. Там было много ребят из разных республик, районов.

Естественно, мы и вне университетских стен общались. Так я узнавал, кто как живет, чем увлекается, чем на жизнь зарабатывает. Мы активно участвовали в общественной жизни, я был председателем студенческой организации своего факультета. За время учебы побывал в разных местах, один раз даже за границей – в Турции. Были с активистами движения «Наши» и «Молодая гвардия» в Москве.

В своих поездках я увидел, что молодежь там более подготовленная, продвинутая и смелая. Наблюдал их отношение к своей истории, культуре. Осознал, что одновременно можно быть патриотом своего села, народа и страны. Видел их быт, например, когда мы выезжали в Адыгею, Кабардино-Балкарию, как они там живут.

Самое страшное для меня, что было в общении, это их мнение о нас, о нашем народе, сложившееся по книгам, рассказам, ведь редко кто приезжает к нам. Они знают, что мы живем на границе России, что мы мусульмане, принявшие Ислам первыми на Кавказе.

Думают, что мы воинственный народ, смелый. Знают, что Дербент древнейший город, что горы красивые. А я приезжая домой вижу, что не все соответствует действительности. Да, природа прекрасна, а характер людей сильно изменился, и не всегда в лучшую сторону. Становится обидно.

Я стал изучать, в чем же проблема, почему наша молодежь более пассивна в спорте, в религии, и даже успехами в учебе мало кто может похвастать. Наш район сейчас даже в десятку не входит, а раньше мы были лидерами по числу образованных, было много учителей, врачей, других специалистов.

- Так появилось желание исправить это все?

- Я просто понял, что любой человек, который хочет что-то поменять в своем народе, в своей стране, он, в первую очередь, должен приложить усилия в своем доме, улице, селе. Можно, конечно, как в девяностые, кричать с трибуны, собирать людей, говорить, писать и так далее. Но этим ничего не изменишь. Как поется в песне, родина начинается с твоей улицы, твоего дома.

Если тебя признали дома, значит, ты поступаешь правильно, признали на улице – значит, ты правильно поступаешь. Это подбадривает тебя, дает силы, чтобы продолжать работу.

После окончания университета, у меня было желание продолжить учебу. Меня и еще одного студента приглашали по программе обмена в Калифорнию. Но отец, меня, единственного сына, тогда не отпустил, велел вернуться в село.

Здесь дома видишь, что происходит, как люди живут. От этих переживаний можно или упасть, или начать что-то делать, «вытягивать» людей. Тем более, что у нас, буквально через дом все родственники друг другу. Значит, все, что будешь делать в селе, считай, делаешь самому себе. Мы начали с постройки мечети. Почему я начал с мечети? Односельчане задавали мне этот вопрос.

Наше село было в советские годы переселено с гор на равнину. Когда переселяли село, мечеть не поставили. Раньше Филя было большим селом, с двумя мечетями, школой, сильными устоями. Первые учителя, медики, которые работали в Магарамкентском, Докузпаринском районах, учились у нас. Сейчас в селах сильное падение духовной культуры, из-за этого сельчане друг друга обвиняют, не поддерживают. Когда анализируешь возникающие проблемы, зачастую источник всего – духовная бедность.

На первых порах меня поддерживала семья, и морально, и финансово. Родственники участвовали в общественной работе. Мой дядя помог в ремонте спортивной школы, потом мы пригласили туда тренеров, сейчас они работают, развивают нашу молодежь.

Конечно, решить многие вопросы, не имея реальной власти, трудно. Постепенно я пришел к мысли выдвинуть свою кандидатуру на пост главы администрации. На этой должности есть возможность решать не только административные вопросы, но и финансовые. Это другой уровень твоего влияния на общество. Тем более, что бывший глава занимал эту должность много лет, но ничего существенного в селе не сделал. И люди, видя это, поддержали меня.

- Кто поддержал на выборах?

- В основном, мои родственники и молодежь. Может, поддержало бы и больше человек. Но многие боялись, ходили слухи. Говорили, что молодой парень, приехал в село, строит мечеть. Называли обидными словами и так далее.

Но с помощью Аллаха я во втором туре одержал победу. Уже второй год работаю. Всевышний говорит, что положение любого народа исправляется только тогда, когда сам народ начинает улучшать свое положение. Кстати, для соседних сел, для их администраций моя победа была шоком.

- Самые сложные проблемы, с которыми ты столкнулся?

- Если говорить о проблемах для сельчан, то самым сложным было отсутствие элементарных благ. Филя переселили с гор на равнину в 60-70е годы двадцатого века после землетрясения, по спецпрограмме. У нас полное бездорожье, не хватает электроэнергии. Новых трансформаторов не ставят десятилетиями. Отсутствие питьевой воды в селе самая большая проблема. В высокогорье воду приносили домой из родников, речек. А после переселения на равнину это стало невозможным.

В советское время проблему решили бурением скважин глубиной в 300-400 метров. Но со временем они прекратили давать воду. Сейчас у половины села вода есть, у другой нет. Ее очень мало, и она не соответствует санитарным нормам. Система водоснабжения была нарушена, подключались к ней самовольно, без схем, согласований. Мы планируем провести новый водопровод из села Яраг-Казмаляр, где много хорошей родниковой воды.

- Что скажешь о состоянии молодежи, с которой ты столкнулся?

- С молодежью ситуация у нас следующая. Мы все прекрасно знаем, что южный Дагестан финансируется по остаточному принципу, может, поэтому не работают многие программы дошкольного, школьного образования. О чем говорить, если не строят школы, многие наши соседние села не имеют школ. Нет и общественных организаций, которые могли бы заменить советскую пионерию, комсомол.

- Неужели нет никаких альтернатив? Аналогов общественных организаций?

- В других районах, например, есть религиозные организации при мечетях. Там на молитву собираются и старшие, и молодежь, обсуждают проблемы, делятся опытом, наставляют тех, кто оступился, поступил не красиво. У нас такого нет, собираться негде. Есть региональное движение «Хаджи-Давуд», но она не может реализовать себя полностью, нет финансирования.

Нет спортивных организаций, я не имею в виду спортшколу. Невозможно вывезти ребят на соревнования, сборы. Это связано и с тем, что мы приграничный район, и любые действия вызывают настороженность.

Уровень безработицы большой. Районы перенаселенные, а работать негде. Хотя здесь у нас 14 военных баз, в них практически не служат ребята из нашего села, но из других районов есть. Ко всем перечисленным проблемам системного подхода нет, нет мониторинга, нет контроля за исполнением.

Отдельный вопрос культура. Если ее развитие окажется в руках нормальных людей, то наш язык наши обычаи способны сами оздоровить людей, их нравы. Если культура окажется в руках наших врагов народ можно просто уничтожить. Я всегда говорю, самое главное, это национальное самосознание. Народы Дагестана близки друг другу по культуре, по истории, по традициям. Единственное различие народов – язык. Естественно его нужно сохранять, оградить от проникновения иностранных языков.

- Какие планы в ближайшее будущее, проекты, которые хотелось бы реализовать?

- Хотим завершить строительство мечети, благоустроить близлежащую территорию. Будут аллеи, фонтан, специальное помещение для собраний. Хотим назвать улицы в честь лезгинских национальных лидеров и сельчан, которые внесли большой вклад в развитие района, села, республики. Таких у нас много. Это имеет большое значение в деле воспитания молодежи. Есть у нас стадион, в очень плохом состоянии.

Его нужно огородить, отремонтировать, привести в порядок. В дальнейшем я планирую наладить связь с представителями таможенной службы, Газпрома, чтобы сотрудничать с ними, трудоустраивать жителей села. Ведь используется наша земля, наши блага, а ребята без работы. Выхода другого просто нет. Или нужно обращаться в Москву, чтобы наших граждан защищали. Планы есть, но на все нужны огромные усилия, чтобы воспринимали всерьез.

Комментарии 0