Их нравы

Губернатор Кубани после трагедии в Крымске и своего скандального заявления пытается осмыслить произошедшее

40-й день после наводнения на Кубани губернатор Краснодарского края Александр Ткачев провел в полуразрушенном городе. Там он рассказал Олесе Герасименко, как восстанавливают Крымск, чем опасна “митинговщина”, сколько на самом деле зарабатывает птицеферма его племянницы и почему мигранты боятся казаков больше полиции.

“Это что, Ткачев спрятал, закопал кучу трупов?”

Какая сейчас обстановка в городе?

В Крымске обстановка в принципе рабочая. Материальная помощь на сегодня объективно выдана на 80%. 52 тыс. человек, которые попали в зону затопления, ее получили. Практически все — по 10 тыс. руб., а те, у кого вода поднялась больше полутора метров и у кого пострадало имущество, получили по 150 тыс. руб. К сожалению, в Крымске есть правовое бескультурье, мягко говоря. Много непрописанных. Не хотели: мол, потом сделаем, зачем это, только платить налоги. И когда потеряли имущество, деньги — надо получать от государства помощь, а у них нет ничего. Тогда только суд может определить, имеешь ты право на субсидию или нет. Но судебные решения — это время.

В суде надо доказать, что ты столько-то прожил в Крымске?

Да, мы такого правила придерживаемся, что если больше года проживал здесь и это могут подтвердить квартальные, участковые, соседи, то этого достаточно. Но все равно всех надо пригласить, заслушать. Суд и так принимает более 100 решений в день, а таких заявлений более 5 тыс.

То есть без прописки в Крымске жили 5 тыс. человек?

А заявлений еще больше, потому что здесь начинаются спекуляции. У нас даже один случай был: человек сидит в тюрьме, а от его имени принесли заявление. И мы, с одной стороны, говорим суду: быстрее, быстрее. А с другой — все чаще пошли такие случаи, надо внимательно рассматривать дела.

Мы сегодня видели дом, у которого хозяева явно сами разломали стены. Это единичный случай?

Мне кажется, таким оказывается каждое второе устное заявление. Ко мне подходят на улице и кричат: “Вот у нас была комиссия, а мы с решением комиссии не согласны, там невозможно жить!” Приходим — а оказывается, не так все страшно. К сожалению, есть и такие случаи, когда люди сами сознательно наносят урон своей недвижимости с помощью кувалд, чтобы выделили новое жилье. Но это уже граничит с уголовной ответственностью, и мы в таких случаях пишем обращение в прокуратуру.

Так было оповещение жителей перед наводнением или не было?

Я считаю, что недостаточное было. Скорость прихода воды в город была непредсказуемой, в это время люди спали. Конечно, нужно было собирать штаб. Те, кто должен был входить в штаб, тоже по домам находились.

Вчера жители хутора Армянский заявили, что им выдали акты, не соответствующие реальному состоянию домов после наводнения. На днях появилась информация, что они начали собирать подписи за вашу отставку. Вот, говорят, на данный момент удалось собрать 166 подписей. Вы с ними встречались?

Нет. Я давал команду главе поселка Армянский разобраться. Я сам назначил проверку, чтобы разобраться, что там за инициатива, но она не подтверждается. К сожалению, то есть к счастью, это не так. Вы сами знаете, что катастрофа всегда сопровождается большими провокациями.

Удалось ли справиться со слухами о якобы прорвавшейся дамбе, 3 тыс. трупов и прочем?

Для этого нужно время. Эмоции оседают. Все эти домыслы, как правило, уходят с осмыслением того, что происходит. Я отношусь спокойно, потому что понимаю, что они пережили. Это такой стресс, такая психологическая нагрузка, что хочется верить в прописные истины. Откуда вода? Конечно, из водохранилища. Какие дожди? Таких их тут 150 лет не было. И потом, тут почти неделю не было связи нормальной: радио нет, телефона нет, мобильные работали с трудом, станции были подтоплены. Мы работали только с помощью листовок и личных встреч. Конечно, этого мало на 50 тыс. человек. Но вообще, такое ощущение, что чем страшнее слух, тем всем лучше. Тысяча погибших, две тысячи, кто больше скажет… Ну вот мы же на сайте администрации вывесили списки — сразу же ведь появились бы люди, у которых родственники там не указаны. И по интернету это бы моментально разошлось. Это все проверяется. Как можно? Это ж безумие, это что, Ткачев спрятал, закопал кучу трупов? Вот хотят поругать власть, а что 172 погибших — это мало? Это уже трагедия мирового масштаба.

Что вы предпринимаете, чтобы избежать повторения ЧП? Вот, например, ревуны, которые отключаются вместе с обязательным отключением электричества при предупреждении о наводнении,— как это исправить?

Крымская трагедия научит не только жителей края, но и страну. Чего там говорить — служба ЧС, система профилактики, конечно, она всегда уходила на задний план. Для глав района, поселения всегда были первостепенными другие вопросы. О чем люди спрашивали главу до наводнения, что требовали? Дороги, коммуникации, здравоохранение, образование. Как избирали главу? Какая выборная риторика у тех, кто боролся за это кресло? Никто ж не говорил про ЧС, это казалось как-то само собой. Конечно, это не снимает ответственности. Вчера на совете безопасности поставили вопрос о системе оповещения. Первое — это гидропосты. Не только автоматические, но и вплоть до того, чтоб поставить там вагончик и чтоб люди жили в верховьях рек. Второе — ревуны механические, вплоть до ручного управления. Третье — электронные средства оповещения. Конечно, очистка рек… Все это традиционный набор, но где-то он выполнялся лучше, где-то хуже.

В Крымске его вообще не было или как?

Я сказал — недостаточно. Ревуны работали не на всех улицах, где-то было поломано… К сожалению, местные власти… Это, безусловно, их функция — оповещение, и они с ней справились недостаточно. Это и следствие подтверждает.

“И мы должны заставлять наших гостей — мы же гостеприимный народ Кубани — вести себя по европейским стандартам”

 

Давайте перейдем к вашему выступлению на коллегии МВД.

Ты, наверное, только из-за него и приехала?

Нет, только из-за него у вас “Известия” интервью брали.

Читала, кстати? Как оно тебе?

Ну вы на него, по-моему, письменно отвечали. Не живенько.

(Смеется.) Зато здесь сейчас будет живенько.

Конечно, вы же совершенно по-другому говорите. Так вот, из-за вашего выступления на коллегии краевого ГУ МВД — “главная проблема края — это другие народы, прежде всего кавказских национальностей, нежеланные гости” — вас обвиняют в призыве к развалу страны и просят Генпрокуратуру проверить ваши высказывания по существу статьи 282 УК РФ. А какие именно проблемы возникают из-за мигрантов в крае? Есть статистика по преступности, еще что-то конкретное?

Ты имеешь в виду преступность среди кавказцев? Конечно, рост преступности имеет место. У нас за счет Олимпиады приехало много на стройку мигрантов, там главный очаг напряжения. Это вызывает раздражение в обществе. Понимаете, когда к нам со своим самоваром… Все-таки мы Кубань, самодостаточный регион со своими традициями, культурными корнями. А вообще, если говорить глубже, то край динамично развивается, экономика прет — и мы это чувствуем и по бюджету, и по росту ВВП и доходов населения. И конечно, в край стремятся люди с соседних территорий, особенно депрессивных. Люди хотят работать, это нормальное желание. Но вот если молодой человек из аула приезжает сюда и видит красивую девушку в короткой юбчонке без платка и начинает приставать, это бывает дерзко, бывает необычно. Конечно, какая реакция будет у местного населения? Людям это не нравится, и это естественно. Или на машине — сели, открыли крышу, музыку на всю, флаги… Музыка, естественно, такая, не английская, не кубанская, а такая…

Этническая?

Да, этническая. Мне кажется, это перебор. Мы, когда приезжаем в Европу, мы же стараемся не выделяться, вести себя адекватно. То же самое, когда приезжаешь на Кавказ, я сам часто бываю в республиках, то же самое. Мы же не дикари, зачем местных пугать? И если мы не будем останавливать такие факты единичные, то будет складываться представление обо всем народе, что они все такие выскочки, нахалы и грубияны. Это ненормально, так считает большинство жителей нашего края. И мы должны заставлять наших гостей — мы же гостеприимный народ Кубани — вести себя по европейским стандартам.

Вчера вот и Кадыров на ваши слова отреагировал. Обиделся на вас. Мол, нелогично кавказцев не пускать — кто же будет олимпийские объекты строить и потом на них заниматься?

Ну тут идет интерпретация странная, я этого не понимаю. Вообще, каждый уже высказался по этой теме как хотел. Ну при чем здесь Олимпиада? Я же о другом говорю. Это волнует и жителей Москвы, и Санкт-Петербурга, и других регионов. Даже интеллигенцию. Даже Навальный у нас тоже такой в этом плане.

Еще какой. Вы бы с ним нашли общий язык.

Ну не знаю. Но даже в демократическом лагере есть люди, которые не то что проповедуют эту идеологию, но против таких резких выходок. Это обычная норма.

Местные националисты жаловались мне, что кавказцы напротив вашей администрации танцевали лезгинку. Националисты потом в ответ еще провели акцию “Русский хоровод”. Вам нравится лезгинка?

Нет. Но уважаю — это же целая традиция. Но я не фанат. Да и сам Кадыров говорил, что, если бы у него на площади плясали барыню, им бы это тоже не понравилось.

У тех же местных националистов есть надежда, что, если или когда вы решите уйти в отставку, вы не на покой отправитесь, а возглавите их движение, сделаете его политической силой. Рассчитывают на вас. Возможно такое?

Гм. Нет, если я и отойду от дел политических — а я политикой уже объелся,— я лучше буду заниматься бизнесом. Я могу вернуться в “Агрокомплекс”, где я начинал работать, в моей станице. Я им с удовольствием займусь.

Ладно, разочаруем националистов. Тогда расскажите, пожалуйста, подробнее о ваших планах — организации казачьих дружин, патрулей. Насколько я знаю, пару лет назад казаки работали вместе с милиционерами в патрулях. Почему тогда эта практика сошла на нет и почему сейчас вы решили ее возродить?

На этот раз мы будем делать более организованно. Сделаем полноценную казачью полицию. Наберем тысячу казаков. Я не скрываю: мы будем им платить зарплату. Это будут регулярные дружины. Патруль из трех-пяти человек, один полицейский, остальные казаки,— и вместе пошли по улицам. Ежедневно, сутками, день, в ночь — как распределим. Диаспоры, кстати, сказали, что тоже будут включать своих: черкесы, адыги, армяне.

А какая зарплата? Сравнимая с полицейским заработком?

Да, примерно такая же. Но в любом случае это будет для казака основным местом работы. Раньше это было на общественных началах: пришел, ушел, не захотел, устал. А это будет работа. Реальная форма, спецзащита, но без оружия, естественно. Будут следить за детским законом (в Краснодарском крае законом запрещено нахождение несовершеннолетних в общественных местах после 22:00 без сопровождения взрослых.— “Власть”), за хулиганством, воровством, незаконной продажей алкоголя. Проверять паспорта, документы — а почему нет? Как раз будем следить за миграцией. Если человек просто так здесь болтается, спросят: что ты здесь делаешь, где работаешь, откуда приехал, зачем? Это сразу держит в тонусе. Уверен, что большинство тех, кто приехал здесь покуролесить, погульбанить, после такого скажут: “Да ну ее, эту Кубань, лучше в Турцию поедем”. Это точно сработает. Казаки — это представители народа, а с народом воевать… Полицейский обременен законами, то-се, а тут все просто: обидеть казака значит обидеть народ.

“Если будет война, кто будет воевать?”

 

Вы в этом году в первый раз надели казачью форму — на параде в День реабилитации кубанского казачества. Чем сейчас для Краснодарского края являются казаки — брендом, фольклором или все-таки реальным народом?

Это наше все — и история, и бренд, и слава, и традиции. Во всем мире ценится история дома, семьи: вот стол деда, шкаф прадеда, вот его плетка. Молодые люди воспитываются в атмосфере памяти — дети, все вместе, семья, Рождество. Мы в советское время это размывали. Вот в станице живем — Воронежской, Павловской — и даже никогда не интересовались, почему она так называется. Вот ты из какой деревни, какого района?

Я из деревни Ширяево.

Вот, а почему Ширяево? А ведь наверняка какой-нибудь купец там был! Но мы все потеряли. Это, конечно, плохо: человек растет без стержня, ему легче сойти с пути. А казачество уничтожали в советское время: вольнолюбивые люди, независимые, свято верившие в царя, не нужны были. Помнишь, кто в Петербурге демонстрации разгонял в 1917 году? Казаки с плетками на конях! Донские, кубанские казаки разгоняли вот эту интеллигенцию трудовую. И за это их потом уничтожали. Поэтому на нас сейчас лежит воспитательная роль: у нас есть казачьи классы, казачьи училища. Если будет война, кто будет воевать? Крестьянские ребята, правильно? Но подготовленные, умеющие работать, с мозолями, умеющие воевать. Им есть что отстаивать: своя семья, своя земля, традиции деда.

Вы как раз этим летом создали движение “За веру, Кубань и Отечество”. Что это такое, кто в него вошел, какие у него цели, не родится ли из него новая патриотическая партия?

Зачем? Я же все только что объяснил. Движение занимается просветительством: школы, парады, лекции. Нам надо знать наших предков. Они отличались от москвичей, петербуржцев стойкостью, мужеством. Они много работали, недаром Кубань — ну Крымск сейчас, конечно, повержен стихией, но вообще — приличный регион. Чистенький, все растет, ничто не брошено. Они пашут, знают цену, зарабатывают — это хорошее качество. В условиях, когда сегодня идет раздрай, когда у нас религия в одну сторону, идеология — в другую, митинговщина, попытка увести Россию в сторону “меньше работать — проще жить”… Вот эти все призывы “давайте менять что-то, революцию совершать” — мне кажется, это очень опасно.

То есть движение “За веру, Кубань и Отечество” — это оппозиция оппозиции?

Это веление времени. Мы должны стать общностью. Потому что иначе та же оппозиция, та же Болотка или еще кто-то… Мы десятилетиями последними меняли образ жизни, у нас рыночная экономика, у нас край выживает лучше, чем другие территории, нам есть что терять. Все разумные трезвые силы должны вокруг этого движения объединиться. А то я видел и чувствую, что может случиться под воздействием этой пропаганды, самых простых вещей вроде “победим коррупцию, все жулики и воры”. Слушайте, а вы, те, кто придет после нас,— вы же в два раза хуже! Мы же знаем каждого как облупленного! Но многие слушают: “Ах, как он красиво говорит”. Болтать — это ведь не огород копать. Поэтому мы не должны дать разрушить, нам есть что терять на Кубани.

Кто входит в движение? Вы входите?

Я председатель. Кондратенко Николай Игнатович (предшественник Ткачева в кресле губернатора, известный в народе как “батька Кондрат”.— “Власть”). Спортсмены, учителя, врачи. Узнаваемые люди.

“Когда я был избран или назначен, я работал одинаково”

 

В Краснодаре скоро начнется суд по делу кущевской ОПГ. Несколько приговоров уже вынесено. Так, Сергею Цеповязу, сжегшему документы, подтверждающие покупку членами банды бензина для поджога дома Ахметова, присудили штраф 150 тыс. руб. Вы в ноябре 2010 года на встрече с жителями станицы заявили, что уйдете с поста, если задержанным удастся избежать законного наказания. Вы считаете приговор Цеповязу законным?

Вы знаете, не мне судить. Суд ведь определяет. Это во-первых. Во-вторых, это очевидно, что сам он не убивал, в эпицентре не был. Не был таким уж отъявленным. Суд же установил, что он там максимум свидетель.

Сокрытие документов — это не просто свидетель.

Ну конечно, я даже и в твиттере своем позицию высказывал, что даже одно то, что он был рядом с этой бандой… Ну суд исходил из наших законов, а там наверняка было мощное сотрудничество со следствием. Минус-плюс, вот и получился штраф. Но я лично об этом сожалею.

Если бы вы были судьей, жестче решение вынесли бы?

Но я даже не следователь. Это решение суда. Как человек, я бы дал больше. Но я точно убежден, что вот эти разговоры, что там замешаны деньги, лобби какое-то было, кто-то курировал,— это все исключено.

Как вы относитесь к принятому закону о выборности губернаторов? Вы несколько раз говорили, что назначенный президентом глава региона несет большую ответственность, поддерживали эту схему.

Нет, я, наоборот, говорил, что быть избранным — это большая ответственность.
Знаешь, объективно, когда я был избран или назначен, я работал одинаково. Это мое кредо, я работал в таком же режиме: каждый день встречи, поездки, командировки, совещания, сход граждан.Значит, теперь вы рады?

Вы будете выдвигаться на следующих выборах?

Ну, дорогая моя, через пять лет скажу.

Даже не думали об этом?

Знаешь, я так далеко не загадываю. Конечно, есть вопрос усталости, определенного срока. 20 лет — это много. Хотя в Америке есть примеры, как губернаторы по 18 лет работают, там только президентов срок ограничен. Если народ поддержит, если народу нравится, это же на улицах решается.

А улица сейчас собирает подписи за вашу отставку.

Ну это еще проверить надо. Но я, конечно, людей понимаю прекрасно: трагедия такого масштаба, их легко увести в сторону и наговорить чего-то… У нас край пятимиллионный, и не в Армянском судить о моем пребывании на посту. Мы из краевого бюджета на ликвидацию последствий потратили уже 5 млрд — для региона эта сумма — колоссальная, и мы будем тратить еще. Нас ругают, но разве можно ругать дающую руку?

Как вы оцениваете подготовку к Олимпиаде?

В разной степени готовности проект. Но я хочу сказать за край: проект сложный, тяжелейший, масштабный, страна ничего подобного не строила — такой бюджет освоить. Что-то выходит лучше, что-то хуже, но я убежден, что Олимпиада откроется 7 февраля 2014 года в 20:00. И я надеюсь, что это будет одна из лучших зимних Олимпиад в мире. А самое главное — все, что построено, останется для жителей.

Да. Как Кадыров говорит: кто же там заниматься будет, если вы кавказцев выгоните?

Ноу коммент.

На этой неделе МВД сообщило, что они предотвратили хищение более 8 млрд руб. на стройке. Подрядчики завышали сметы на работы. В Счетной палате говорят, что за это ответственен в том числе президент госкорпорации “Олимпстрой” Сергей Гапликов. При назначении вы о нем отзывались как о “талантливом, опытном человеке, прошедшем региональную школу”. Как же так вышло?

Это сказала Счетная палата, это еще доказать надо, уголовных дел нет. Я по-прежнему считаю, что Сергей Анатольевич — хороший специалист.

И с ним Олимпиада откроется в 20:00 7 февраля?

Да. Надеюсь, да.

Вообще, что стоит в приоритетах региона — сельское хозяйство или развитие курортов?

Туризм у нас развивается хорошими темпами, в том числе по объему приезжающих: 13,5 млн в год от Тамани до Сочи на 5 млн жителей края. Представляешь, какая это нагрузка, поток какой? Мы называем их маленькими инвесторами: они приносят деньги, мы формируем бюджет. С учетом олимпийского проекта мы создаем зимний кластер. Ведь в чем была проблема наших курортов? Сезонность. Ею же объяснялась высокая ценовая политика: пытались урвать летом, чтоб зимой на это жить, в этом тоже есть своя правда. А ведь миллион людей зимой уезжают в Европу — оставляют там миллиард. И мы тут создадим такие же условия.

Но часто в Сочи выходит лететь дороже, чем до Средиземного моря или в Центральную Европу.

Это больше к авиаперевозчикам вопрос. Мы, конечно, его обсуждали. Есть в этом и логика: у нас самолеты российского производства энергоемкие, конкуренция слабая. Что самое интересное, мы разбирали несколько компаний — как правило, все перевозчики убыточные. Зарабатывают только те, кто занимается дальними перевозками. Те, кто летает на два часа (Москва—Ростов, Москва—Воронеж), у них экономика даже убыточная. Мы обсуждали вопрос субсидированных перелетов, чтоб развернуть часть людей с Дальнего Востока, с Урала на юг страны, на наши курорты, чтобы они ездили к нам вместо Китая и Азии. Надеемся, что правительство скоро примет это решение.

Еще частая жалоба — что береговая зона в том же Сочи закрыта заборами частных санаториев, отелей и дач. С этим можно что-то сделать или что куплено, то куплено?

Ну в этих отелях тоже отдыхают люди. Вообще, это традиция российская сложилась. Согласен, что не во всех странах пляжи закрытые, в некоторых странах пляжи общедоступны. У нас многие, кто отдыхает в гостиницах, за то, чтобы у них был огороженный пляж: чистота, безопасность.

“Ткачевский бизнес — это не нефть, не газ”

 

Вы знаете, кто такой Сурен Газарян?

Слышал.

Он и “Экологическая вахта по Северному Кавказу” обвиняют вас в незаконном захвате земель лесного фонда и береговой полосы и незаконной вырубке занесенных в Красную книгу сосен. Газарян получил три года условно за надпись на вашем заборе. Забор все-таки ваш или нет?

Земля в аренде у предприятия, о котором я уже говорил,— “Агрокомплекса”. А он не надпись делал — за надпись три года не дадут. А ведь до чего там дошло? Он поломал там забор, снял себя на видео и в YouTube распространил. Сегодня он загородку, предположим, Ткачеву поломал, завтра — Петрову, потом Иванову, нормально это вообще? А потом муси-пуси идут в храм и танцуют. Это же беспредел! Если не остановить этот цинизм и беззаконие, то можно получить проблемы гораздо хуже. Это проверка на вшивость нашей власти — устоит, не устоит.

А вот этот земельный участок площадью 999 кв. м в Туапсинском районе, о котором говорит Газарян,— это ваша дача или нет?

Я к этой даче имею отношение опосредованное. Еще раз говорю: это дача “Агрокомплекса”. Это не дача даже, а санаторий. Там все по закону. Соответствующие органы проверяли, все справки есть, все документы есть. Какие там сосны? Они там метр с кепкой. Это поселок Джубга, самое непрезентабельное место на всем побережье. Там нет ни заповедника, ни национального парка — ничего. Слушайте, ну у нас все имеют дачи, санатории. А в “Агрокомплексе” работает 15 тыс. человек. У нас все заводы и министерства имеют большие базы отдыха — и что? Дело в том, что это не экологическая вахта, какая там экологическая вахта? Они целенаправленно работают: если Ткачев, значит, все. Если с Путиным связано — туда, если с патриархом — туда, это же все предвзято, это политика, политический бизнес за деньги. Они ходят туда как на работу. Завтра Ткачев уйдет с работы — им все это сразу станет неинтересно.

В связи с бизнесом влезу в семейное. Ваша племянница в 22 года, учась в вузе, уже была совладелицей двух трубных заводов, строительной компании и птицекомплекса “Югптицепром”. Вы ей помогали освоиться в бизнесе?

Нет, ей помогал отец. Ему 55 лет.

Деньгами?

Думаю, деньгами и умениями.

Ваш брат Алексей Ткачев — депутат Госдумы, да?

Да. Те активы, которые он с молодости создавал, он просто их часть переписал на дочку.

Вы не думали, что это в любом случае будет выглядеть странно: у девушки 22 лет — крупный бизнес?

А какой крупный бизнес? Есть небольшая яичная птицефабрика, она принесла прибыли 10 млн руб. за год. Но никак не миллиарды, которые ей приписывают. Трубные заводы — у нее там меньше 25%, по-моему.

По 10% в каждом.

Ну и что это такое? Это Алексей с парнем одним еще в молодости строил, как я понимаю. Что, за это оправдываться?

Ткачев звонит по телефону главному бухгалтеру “Агрокомплекса”, включает громкую связь.

— Алло, Валя? Это Александр Николаевич. Валя, скажи, пожалуйста, птицефабрика яичная, как она у нас называется, “Дружба”, да? Она ведь на Насте у нас?

— Да, полностью.

— Сколько у нее годовая прибыль?

— Там на нуле еле вывели, ну тысяча рублей.

— А почему?

— Яйцо потому что не выстреливает. Себестоимость яйца 17 рублей, а на рынке была 11.

— Может, нам ее продавать надо?

— Фабрику? Ну то ли перепрофилировать, ну хозяин будет распоряжаться.

— Настя, Настя.

— Но вообще, все фабрики легли в крае.

— Хорошо, спасибо.

Яичная фабрика входит в агрохолдинг. У нас там земля, птицеводство, свиноводство. То есть ткачевский бизнес — это не нефть, не газ.

А у вас тоже свиньи околели из-за чумы в крае?

Да, 15 тыс. голов погибло. Так вот, это такое крестьянство, много земли, мы его с отцом вместе начинали создавать. Поэтому, когда меня выгонят, я сразу приду сюда. У нас там еще мельница, молоко производим, перерабатываем, хлеб печем…

Я бы на вашем месте только этим и занималась.

Я тоже об этом думаю.

Вы публичный политик, говорящий крайне неоднозначные вещи, что называется, не по протоколу. Почему вы себе выбрали такой образ? Или это не образ вовсе?

Я думаю, это живет внутри меня. Бывают экспромты удачные, бывают не очень. Но я здесь родился, это моя культура, которая, может быть, мне понятнее, чем тем, кто сюда приезжает.

Жалели когда-нибудь о своих словах?

Ну когда что-то слишком откровенно говорил — да. Не всем это, может быть, нравится. Ну как есть.

Автор: Олеся Герасименко

Комментарии 1