Общество

Марш упырей

Пять тысяч молодых граждан страны, победившей нацизм, скандировали нацистские лозунги в двух шагах от Кремля. А за этим – шок и лепет политиков. Так закипала 11 декабря 2010 года Манежная площадь, пузырясь от ненависти: кавказцы убили Егора Свиридова, москвича, болельщика «Спартака». Пришли сюда, объявив сбор в социальных сетях Интернета: фанатский флешмоб с нацистским сценарием. Потом с разбега швыряли металлические рамы ограждения, над головами летели пустые бутылки. Жгли дымовые шашки и фаеры. А один палил вверх из травматического пистолета. Бросали взрывпакеты в омоновцев – те едва-едва успели отбить трех по-восточному смуглых подростков, невесть как оказавшихся здесь. Под крики «Россия для русских!» свалили по-новогоднему наряженную красавицу-елку. ОМОН, обычно беспощадный даже к куда более мирным митингам, как устрица, захлопнул створки своих щитов. 
Возможно, Манежная – это детский сад на прогулке по сравнению с тем, что вытворяли в эти дни английские студенты в Лондоне. Но нигде еще доморощенные нацисты не собирали тьмочисленных манифестаций. Небывалый, невероятный случай: никогда еще в России толпа не говорила на языке поверженного злейшего врага, насильника и убийцы.
Этот митинг был стихийный, и «лидеры ультраправых групп» если и были на Манежной, то уж точно не в качестве организаторов. Никто не мог дать внятный комментарий происшедшему. Потом заговорили, справедливо замечая, что пришлось собирать многотысячные митинги, чтобы закон соблюдался. Но почему исполнять закон молодежь требовала расистскими речевками?!
Государственная власть так и не смогла поставить диагноз этой болезни, приступ которой сотряс всю страну.

«Легион «Вервольф»
Первая неонацистская группа – «Черный орден СС» – в Москве появилась в 70-х годах прошлого века. Создал и возглавил ее поэт и переводчик Евгений Головин (1938-2010). Андеграундный интеллектуал, мистик и оккультист, специалист по эзотерике, его учениками и последователями считают себя известные ныне политики Александр Дугин (Евразийская партия) и Гейдар Джемаль (Исламский комитет). Песни на тексты Евгения Головина исполняли Василий Шумов с группой «Центр», Александр Ф. Скляр («Ва-Банкъ»), Вячеслав Бутусов с музыкантами группы «Кино».
Первая в отечественной истории организация неонацистских боевиков – «Легион «Вервольф» – была создана 20 лет спустя, в конце 1993 года, после завершения памятных трагических событий вокруг Белого дома. ««Легион» привлек внимание СМИ и общества тем, что это была, по сути, первая в тот период полностью «отечественная» группа (сформированная на территории России и из российских граждан), решившая поставить методы массового террора в основу достижения своих политических и идеологических целей», – отмечает Сергей Беликов, автор книги «Наци-боевики».
Главарь «Легиона» Игорь Пирожок и двое его боевиков – Виктор Баранов (по кличке Таббот) и Дмитрий Володин (по клике Звереныш) – предстали перед судом в марте 1996-го, им инкриминировался букет статей Уголовного кодекса РФ. Пирожок обвинялся в «нарушении национального и расового равноправия», «хулиганстве» и «краже», а Баранов– в «умышленном убийстве», несовершеннолетний Володин подпал лишь под одну статью УК РФ – «укрывательство преступления» и был амнистирован. В 97-м Володин вновь угодит в тюрьму за изнасилование и убийство 14-летней девушки.
Кроме того, Федеральная служба контрразведки предоставила прокуратуре факты, свидетельствовавшие о попытке вервольфовцев поджечь спорткомплекс «Олимпийский» – во время выступления там религиозной организации «Евреи за Иисуса». Неонацисты также планировали серию терактов против секты «Богородичный центр», Демократического союза, Российской коммунистической рабочей партии, а также поджоги кинотеатров, в которых должен был демонстрироваться фильм «Список Шиндлера».
Более полугода шло следствие. Работали две следственные бригады – в Москве и Ярославле. Вдобавок лидер «Памяти» Дмитрий Васильев обратился с заявлением о том, что вервольфовцы ограбили его штаб в Марфо-Мариинской обители в Москве.

Два трупа
Поводом для ареста неонацистов, как указывалось в обвинительном заключении, стали два трупа, обнаруженные на ферме в Ярославской области, которую арендовал приятель Пирожка. Один, с отрезанными ушами, – убитый боевик «Легиона» Валерий Старчиков. Другой, полуразложившийся, – видимо, бомж, личность его так и не была установлена.
«...Сигналом для развертывания оперативной работы о пресечении деятельности группы «Вервольф» явилось поручение Генпрокуратуры РФ Федеральной службе контрразведки (ФСК), которое было дано ей после анализа опубликованной в «Известиях» статьи «Еще не концлагерь, но в бараки на ночь уже запирают», – было заявлено в документе Генеральной прокуратуры РФ. Автором этой статьи и организатором съемки, на которой Пирожок красуется на фоне гитлеровского штандарта, а потом демонстрирует отрезанные уши своего соратника, был ваш покорный слуга, обозреватель «Совершенно секретно».
Когда этот коренастый парень со странной прической привез меня на территорию учебно-опытного хозяйства Тимирязевской сельхозакадемии, я не знал ни его настоящего имени, ни чем он занимается, ни места, где нахожусь, поскольку в машине на глаза мне натянули какую-то вязаную шапчонку. Но уже через час «представлял», что передо мной борец «за великую белую идею», который, покинув баррикады Белого дома, создал подпольную организацию для продолжения борьбы с «мировым еврейством». Мне показали «Майн кампф», испещренный пометками, и процитировали главный пункт устава «Легиона»: «Цель: Окончательное решение еврейского вопроса радикальными методами. Освобождение от химер морали по отношению к недочеловекам. Борьба с неортодоксальными религиозными организациями. Основы нашей идеологии: антикоммунизм, антисемитизм, апартеид, антилиберализм».
Позже вспомнил, что где-то здесь, на территории сельхозакадемии, в 1869 году был убит студент И. И. Иванов – первая жертва Нечаева, создателя террористической организации «Народная расправа» и автора «Катехизиса революционера», ставшего прототипом для одного из героев романа Федора Достоевского «Бесы». Один из пунктов этой настольной книги террориста гласил: «Революционер – человек обреченный... он... разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром и со всеми законами, приличиями, общепринятыми условиями, нравственностью «этого мира». (Заметим, что еще в относительно недавние советские времена Нечаев со своими единомышленниками официально входил в коммунистический пантеон мучеников за народное счастье.)
В другой мой приезд Пирожок показал лабораторию для изготовления взрывчатых смесей, в которой колдовал еще живой Валерий Старчиков, «ветеран» войн в Абхазии и Сербии. В леске неподалеку ребята в камуфляже провели несколько поединков рукопашного боя. Словом, за всем этим «тимирязевским хозяйством» чувствовалась рука опытного организатора.
Охранники отлавливали бомжей и делали своими рабами. Некоторые из них становились жертвами садистских экспериментов нацистов. Например, несчастных сталкивали в небольшой пруд, куда были брошены электропровода под высоким напряжением, и глазели на предсмертные корчи людей. Живым жаловаться на своих истязателей не приходило в голову: «Кто поверит?»
В группировке царила жесткая иерархия и дисциплина, строящаяся на беспрекословном подчинении «фюреру».
– Валера, – вдруг заорал Пирожок, – видишь этого человека? – он кивнул в мою сторону: – Запоминай его хорошо. Если с нами что-то случится, возьмешь это.
И он протянул боевику цепь.
– Он что, удавит меня этой цепью? – с глупым смешком спросил я.
– Он приказ не обсуждает и запомнил тебя навсегда. Наши ребята проходят такую морально-психологическую подготовку: надо – сделаем человека, надо – дерьмо, в зависимости от того, каким он нужен организации. После такой обработки всякая информация, приходящая извне, кажется им просто бредом.
Надежным считал фюрер пополнение из среды панков. «Панки беспредельны в своих деяниях: природная агрессивность, идея полного отрицания – главные их черты, – вещал он, – поработай с ними, и они будут отрицать то, что отрицаешь ты».

Человеческий материал
Пирожок хвастал, что подготовил около двадцати стопроцентных штурмовиков.
– Я прежде всего, – говорил, – приучаю действовать их в «автономных условиях». Если даже нашу организацию раскроют, все они создадут точно такие же.
Нацисты в свободное от охраны время зубрили места из «Майн кампф», подчеркнутые рукой фюрера. Территорию хозяйства они покидали только по приказу. Заработанные наличные деньги шли в общий котел – на питание, обмундирование, оружие и литературу.
– У нас, – разговорился однажды Баранов, – не партия, а вроде иезуитского ордена.
Особенно Пирожок любил разглагольствовать о том, какая это «наука наук» – искусство подчинения человека, «вплоть до зомбирования». Через два года его отец откроет суду секрет навыков работы с «человеческим материалом». Вкус к ней Пирожок обрел, возглавляя комсомольскую организацию в Одесском строительном ПТУ. Запомнилась одна из его характерных сентенций: «Самый дешевый способ подчинить человека – это создать нацистскую организацию. Чтобы стать одним из богов, человек сам готов платить деньги». Бесспорно, Пирожок знал о великой силе человеческого тщеславия и довольно умело пользовался этим. Но сам же пал жертвой собственного тщеславия.
Я предложил фюреру «Вервольфа» сделать телефильм о его боевиках. Было видно, что Пирожку идея понравилась, но жажда славы боролась в нем с рассудком, подсказывавшим, что может последовать наказание. Но за те несколько месяцев, что провели «оборотни» на земле сельхозакадемии, никто не нарушал их покоя. Дирекция знала, кого заполучила в охрану, – и молчала. Знали об этом и в местном отделении милиции. И даже, по словам Пирожка, ему поставляли «на перевоспитание» бомжей, задержанных на улицах. Это место стало пользоваться дурной славой среди слоняющихся окрест бродяг. Поползли слухи, что «оттуда» не возвращаются. Но никого не интересовала судьба бездомных, и он решился, поставив условие, что снимать должна только западная телекомпания. Я выбрал нейтральную Швейцарию и позвонил знакомой журналистке Терезе Обрехт, московскому корреспонденту телевизионного канала TSR.
Бедная европейская женщина, увидев человеческие уши в банке из-под майонеза, должно быть, успела сто раз пожалеть, что ввязалась в эту мрачную «русскую» историю. А я не мог не спросить фюрера, не боится ли он последствий.
– А чего мне бояться? – недоумевал Пирожок. – Вы уйдете, и уши эти я прикажу зарыть.
Вскоре спецназ ФСК повязал неонацистов, в навозной куче раскопали трупы бывшего соратника Старчикова и безымянного бомжа. А отснятый швейцарским оператором сюжет послужил свидетельством существования в Москве ультраправой боевой группировки.

Имя им – упыри
Претенциозное название «Легион «Вервольф» придумал сам Пирожок. В переводе с немецкого Werwolf означает перевертыш, оборотень – мифологическое существо, способное оборачиваться из человека в животное и наоборот. В славянской мифологи это существо называется волкодлак. Более подходящим названием для организации Пирожка и всех других неонацистов, по моему убеждению, является «Упыри». Оно более точно передает психологический тип бритоголовых. Упырь не переживает метаморфоз, переходя из одного вида живых существ в другие. Упырь – это мертвец, который никогда не воскресает.
По народным поверьям, упырями становились умершие внезапной («невольной») смертью, то есть без покаяния и причастия: убитые в драках, опившиеся и самоубийцы. Их было принято хоронить вне кладбищ, в так называемых «убогих домах» – глубоких ямах, вырытых на окраинах городов. Считалось, что земля не принимает таких мертвецов и потому они вынуждены скитаться по миру и причинять вред живым.
Это может означать, что «упырь» «выломался» из человеческого общества, он не ассоциирует себя ни с живыми существами, ни с государством, не считает себя связанным их моральными и социальными нормами. Упырь – исчадие мертворожденного, искусственного общества, лишенного традиций, религии и нравственности.
В своем последнем слове Пирожок заявил суду: «Россия не должна более существовать – хоть монархическая, хоть белая, хоть красная, так как является империей зла, тюрьмой народов, угрожающей не только другим странам, но и самой жизни». Играя роль украинского националиста, главарь «оборотней» говорил, что для него Россия «всегда ассоциировалась с образом врага и с народом, который воспринимал только как оккупантов, с государством, отвратительнее которого я не знал и не знаю».
Другой подсудимый – убийца Баранов-Таббот – «воспользовавшись присутствием журналистов», обратился к министру обороны России с просьбой направить его добровольцем в Чечню и, выдержав по-театральному длинную паузу, добавил: «Я бы там в первую же ночь перерезал все подразделение и ушел к дудаевцам».
Фюрер-Пирожок учил своих подопечных: «Помни «Майн кампф»: сначала убей того, кто рядом с тобой и кто слабее тебя». Человек в глазах упыря – «двуногая вонючка», «кожаный мешок с кровью и дерьмом». Например, в своих инструкциях московские неонацисты давали подробные инструкции о том, как «подмешивать яд в кока-колу и предлагать эти напитки бомжам или уличным попрошайкам, чей вид оскорбителен белому человеку».
В нацистском журнале «Гнев Перуна», выходившем несколько лет назад в Москве, читаем: «Нам нужны не вы, а ваши дети. Это из них мы воспитаем новую расу. Потому что вас уже не переделать. Телевизор, семья, убогие развлечения, модная одежда, забитый холодильник… Если это все, что интересует сегодня белых, то какие же они – белые? Они – мясо и мусор. Белую расу необходимо создавать с нуля».
В настольной книге правых экстремистов – «Дневнике Тернера» – убийство оценивается не как вынужденная мера, а как акт, приносящий удовлетворение и радость. «Что сегодня нужно, так это больше немотивированных убийств: общество надо держать в тонусе».
Неонацистов некоторые ученые-психологи делят на «фанатиков», «агрессоров», «игроков», «попутчиков». Самые опасные – фанатики и агрессоры, для которых нацизм – своего рода религия, точнее антирелигия, или сатанизм. Поэтому ставить им диагноз удобнее, обращаясь к религиозной терминологии.
В «Азбуке славянских бритоголовых», программном для ультраправых документе, в частности, говорится: «Раса – наша религия. И все, что мешает развитию Великой Белой Европейской Расы, должно быть безжалостно устранено.
Кстати, в экспертном заключении Института развития личности Российской академии образования «Легион «Вервольф» признан «неоязыческой деструктивной группировкой».
«Только безбожное язычество может вдохновлять приезжих, какими бы верующими они себя ни называли, на жестокость по отношению к местному населению, в результате чего погибают люди; и только безбожное язычество может породить у местного населения реакцию, в результате которой опять-таки страдают и гибнут неповинные люди», – говорил 17 декабря 2010 года патриарх Кирилл об истоках межнациональной ненависти.
Рекомендации политологов «срочно лечить социальные болячки, на которых гноятся всякие ультрас», не помогут. Опоздали «поднимать цены на алкоголь, выбивать наркомафию, прежде всего из школ». И карательные меры не спасут: невозможно обеспечить «неотвратимость наказания» тысячам требующим смерти «инородцам». Научить бы подростков для начала тому, «что такое хорошо и что такое плохо».

Нацистская грибница
Незадолго до того как в Тимирязевке тайно обосновалась боевая террористическая группировка, студенты престижных московских вузов легально создавали неонацистские организации. Национал-социальный союз (НСС) в 1990-1992 годах был, пожалуй, самым сильным. Название рождалось в муках, ему мистически настроенные нацисты придавали особый смысл. Сошлись на НСС: все-таки почти СС.
Структурно организация делилась на отделы: организационный, идеологический, военный и пропагандистский. Виктор Якушев был председателем и возглавлял идеологический отдел, Игорь Вагин – организационный, Андрей Попов – военный.
Якушев – выпускник экономического факультета МГУ, Вагин и Попов – курсанты юридического факультета Военного института, одного из самых, пожалуй, элитарных вузов Министерства обороны СССР, в котором куются кадры для ГРУ и прочих контор невидимого фронта.
Программку наскоро сварганили из гитлеровских тезисов: «белая раса...», «мировое еврейство...» и т.д. Энэсэсовец, художник-любитель, вырисовал партийный герб: орел, держащий в когтях круг со свастикой.
Рассказывают, друзья подарили Андрею Попову в день его рождения туристский топорик, на котором было выгравировано «топор-жидоруб». Это «говорящее» оружие хранилось под кроватью в курсантском общежитии. И хотя Вагин и Попов могли прийти в институтскую столовую, нацепив на морскую фланельку побрякушку со свастикой, они были на хорошем счету. Отличники боевой и политической... Вагин к тому же был членом комитета ВЛКСМ института, бессменным комсоргом группы. Издавали стенную газету «Отечество», в которой публиковали статьи о масонстве и всемирном сионистском заговоре.
Якушев вскоре нашел выход в «большую политику». Весной 1991 года Жириновский назначил его руководителем московского отделения ЛДПР и молодежной организации. На сходках энэсэсовцев часто дебатировался тогда вопрос, «надо ли нам работать на еврея»? Мнения расходились, иногда вплоть до рукоприкладства.
Игра в «большую политику», превратившаяся в измывательства над покладистым «Жириком», вскоре наскучила нацистам. Нацисты «развлекались» тем, что время от времени совершали налеты на азербайджанских торговцев или задирали в метро лиц «характерной наружности». Якушев, от которого соратники требовали «настоящего дела», скорбно пролистывал Уголовный кодекс и отмалчивался...
В 1995 году в Москве прошло учредительное собрание партии «Национальный фронт» (ПНФ), партии, как указано в ее «политических принципах», «арийского самосознания, являющейся частью движения сопротивления Белого народа». ПНФ являлся политической «ипостасью» оккультно-расистской Церкви Нави («Церкви священной белой расы»), учение которой состоит из языческих «ариософских» спекуляций, заимствованных из писаний чилийского фашиста Мигеля Серрано. Большинство энэсэсовцев перетекло в этот фронт. Фюрером партии стал Илья Лазаренко, студент 4-го курса Московского юридического института. Среди членов партии был Денис Бульбов, сын заместителя начальника отдела военной контрразведки ФСК РФ. (Отец – генерал-лейтенант Александр Бульбов – дослужился до поста начальника Департамента оперативного обеспечения наркоконтроля (ФСКН), 14 декабря 2010 года его приговорили к трем годам (условно) по статье о мошенничестве.)
Одновременно появился Русский национальный союз (РНС) Константина Касимовского, наполовину состоявший из бритоголовых. В РНС существовал отдел по работе со скинхедами, в партийной газете «Штурмовик» постоянно публиковались материалы, предназначенные для аудитории из скинхедов. В конце 1990-х годов РНС распался, часть бритоголовых выделилась в «Московский скинлегион».
Нацистская грибница выпустила споры, которые разнес по стране «ветер перемен».

Жатва коричневой пагубы
В январе 2009 года, 29-летний выпускник исторического факультета МГУ Никита Тихонов, член неонацистской группировки «Объединенная бригада – 88», как свидетельствуют материалы уголовного дела, застрелил адвоката Станислава Маркелова. Убийство было хладнокровно совершено в многолюдном месте центра Москвы, неподалеку от метро «Кропоткинская». Нацист не пожалел журналистку Анастасию Бабурину, которая сопровождала адвоката. Молодая девушка скончалась позже в больнице от тяжелого ранения в голову. Убийство вызвало сильный резонанс в прессе, и уже через полгода убийца со своей подельницей был арестован.
Если в 90-е годы члены боевых неонацистских организаций в России отваживались на убийство крайне редко, то в XXI веке ситуация резко переменилась. Счет жертвам упырей перевалил за десятки и измеряется сотнями. Неонацисты стали представлять реальную угрозу для любого, подчеркнем, любого, кто может оказаться в поле их зрения.
Вечером 30 октября 2001 года Москву сотряс царицынский погром. Две-три сотни бритоголовых, вооруженных кусками арматуры, набросились на торговцев продовольственного рынка рядом со станцией метро «Царицыно». Милиции удалось остановить погром, только открыв предупредительный огонь в воздух. Погибли 37-летний армянин, 35-летний гражданин Индии и 18-летний таджикский гастарбайтер.
Предполагают, что одной из групп, организовавших погром, была упомянутая выше «Объединенная бригада-88». «ОБ-88» появилась в 1998 году в результате слияния московских скин-групп «Лефортовский фронт» и «Белые бульдоги».
В 2001-м питерские скинхеды создают печально знаменитую группировку «Шульц-88». Ее лидер – Дмитрий Бобров («Шульц») – попытался собрать всех скинхедов города под одну крышу, чтобы перейти от эпизодических избиений инородцев к систематическому террору. Члены группировки исповедовали примитивный нацизм. В уголовном деле фигурировало 15 нападений на лиц с «неславянской внешностью». (Приговор по делу бригады «Шульц-88» был вынесен 14 декабря 2005 года.)
Но и эти акции устрашения показались боевикам Алексею Воеводину и Дмитрию Боровикову слишком мягкими. Еще до разгрома «Шульц-88» они создают организацию «Мэд крауд» («Бешеная толпа»), основу которой составили футбольные фанаты. Эта группа действовала более активно и жестко, чем «Шульц-88». Бригада устраивала погромы на рынках, организовывала массовые беспорядки. Позже решили: хватит заниматься ерундой, надо убивать, помногу и жестоко, чтобы о тебе заговорили средства массовой информации. Но в середине 2006 года группировка Дмитрия Боровикова была раскрыта (по сути, случайно) правоохранительными органами С.-Петербурга.
Членам «Мэд крауд» в момент ареста было 21-22 года. Многие из них происходили из хороших семей, были студентами известных вузов, увлекались историей и философией. Они, кстати, специально изучали опыт членов «Легиона «Вервольф», но были изощреннее своих предшественников в подготовке преступлений.
Кровавую эстафету принимают упыри Москвы: взрыв на Черкизовском рынке 22 августа 2006 года унес жизни четырнадцати человек, число раненых достигало шестидесяти. Сыщики вышли на группу Королева-Тихомирова. Выяснилось, что эти неонацисты совершили не менее семи взрывов в различных районах Москвы и Московской области. Члены московской группировки вели жизнь обычных студентов, стараясь не афишировать свои радикальные взгляды, и казались добропорядочными членами социума.
До начала 2000-х годов члены праворадикальных групп практически не совершали подрывов. В 2003 году московская милиция раскрыла, пожалуй, первое преступление правых радикалов, связанное с применением взрывчатых веществ – взрыв закусочной «У Вартана» в Северном административном округе.

Монстры из пробирки ОБ-88
По данным исследователей, в 2007 году на территории Российской Федерации действовала 141 молодежная ультраправая группировка. В 2008 году их нападению подверглись не менее 525 человек, 97 из которых погибли.
По данным правозащитных организаций, только летом 2009 года неонацисты совершили нападения в 15 регионах России. Пострадал 91 человек, 10 из них погибли.
Год назад, в феврале 2010 года, Верховный суд РФ запретил деятельность международного общественного объединения «Национал-социалистическое общество» (НСО) на территории России. Заседание суда проходило в закрытом режиме в связи с секретностью дела. Известно, что раньше к НСО примыкала бригада наци-скинов «Формат-18» Максима Марцинкевича (кличка Тесак), который в 2008 году был приговорен к трем годам лишения свободы за «возбуждение национальной вражды с угрозой применения насилия».
Организатор НСО Дмитрий Румянцев раньше состоял в Национал-социалистическом движении «Славянский союз» (НСД СС), которым заправляет Дмитрий Демушкин. Оба нациста – выходцы из Русского национального единства (РНЕ) Александра Баркашова, уже сошедшего с политической арены.
В 2005 году весь мир обошел фотоснимок, запечатлевший два десятка бритоголовых под флагом «Славянского союза» со стилизованной свастикой. Осенью 2006 года в СС вступил депутат Государственной думы Николай Курьянович, бывший член фракции Владимира Жириновского, и до конца 2007-го Демушкин являлся помощником этого депутата на общественных началах.
Весной 2010 года при обыске в одной из петербургских квартир нашли человеческую голову и фрагменты рук, хранившиеся в морозильной камере на кухне. Жилище использовалось группировкой NS/WP в качестве штаб-квартиры.
Летом 2010-го начался судебный процесс над неонацистами из «НСО-Север» – подпольной боевой группы Национал-социалистического общества. Четырнадцать боевиков обвиняют в 27 убийств и в покушении на терроризм (попытка взорвать ГЭС). Отморозки начали кровавый путь с убийства своего соратника Николая Мельника, которого заподозрили в сотрудничестве с милицией. Его труп расчленяли под запись видеокамеры, а видеосъемку разместили в Интернете.
«Совершенно секретно» располагает протоколом допроса одного из боевиков Константина Никифоренко, в котором тот рассказывает о серии уличных убийств (среди убитых есть русский) и по-будничному скучно описывает детали «разделки» трупа соратника: «Мы положили тело Мельника в ванную. Юров поставил видеокамеру на штатив. Я взял свой нож с деревянной ручкой без упора и отрезал Мельнику правое ухо, затем начал отрезать Мельнику голову, при этом я резал в области шеи от затылка к горлу…»
Среди бритоголовых упырей выделяется студентка факультета журналистики МГУ Василиса Ковалева (кличка Лиса), пришедшая собирать газетный материал о нацистах, да так и оставшаяся среди них.
Большинство нацистов познакомились через Интернет, общаясь на форуме сайта НСО. Вступая в группировку, они сдавали «кандидатский минимум» – вели «пропаганду идей НСО, в первую очередь в Интернете». Никифоренко нарисовал общую схему организации неонацистов. «Главный по «ячейке» руководит всеми «звеньями» (низшими организационными единицами НСО). В звене находится до 6 человек. Ячейки объединяют звенья по региональному признаку. В среднем в ячейке находится 5-6 звеньев. Ячейки, в свою очередь, объединяются в организацию, которую возглавляет политсовет. Вся деятельность НСО строится на принципе конспирации, то есть члены одного звена не знают членов другого звена, тем не менее все желающие ходят на тренировки по рукопашному бою, ножевому бою…»
Политологи отмечают, что стали появляться «радикально-националистические группы представителей меньшинств, объединенные по региональному признаку», то есть, например, кавказские неонацисты – в противовес славянским. Россия, таким образом, стоит на пороге войны «всех против всех». Английский просветитель Томас Гоббс писал, что любое государство начинается с установления «монополии на казнь». Массовый терроризм разрушает эту главную монополию, а значит, и само государство.
…11 декабря 2010 года в московском Манеже сучил ножками и агукал, широко улыбаясь беззубым ртом, младенец. Зачатый сорок лет назад, появившийся на свет в начале 90-х. Он попытался приподняться, держась за стенки своего манежа. Страна, прильнув к телевизорам, наблюдала за маленьким существом – кто с ужасом, кто, увы, с восхищением. Скоро ребенок встанет на ножки и пойдет…

Автор: Алексей ЧЕЛНОКОВ

Комментарии 0